Слинько О. Б. "Люди в вашем деле". Часть І

СОЦИОН: ПЕРВОЕ ЗНАКОМСТВО

Психология — знание, без которого человеку не обойтись. В том числе и деловому человеку. По двум причинам.

Во-первых, она помогает делать дело. Эффективно управлять. Договариваться с партнерами. Получать максимальный результат.

Во-вторых, и самый прагматичный коммерсант же­лает обеспечить себе высокое качество жизни — в работе и вне ее.

Спору нет, “Мерседес"— это праздник, который всегда с тобой. Но есть еще одна ценность: красота человеческих отношений. Создать ее труднее, а разбить легче, чем “Мерседес”. И счастлив только тот, кто поз­нал эту красоту. А остальные богатые — плачут.

Это очевидно многим. Даже при нашем “диком” капитализме.

А кому не интересно сотрудничество с инофирма­ми? И вот, как никогда остро, ощущаем мы недостат­ки своего английского и... скажем так, культуры че­ловеческого общения.

Ага, на курсах секретарей знают точное определе­ние: “Деловая этика”. Или еще, так: “Психология ус­пеха”. Кто сегодня скажет, что это “смешной” пред­мет? Секретарь должен быть этичным. По крайней мере, в деловой обстановке.

Погоди, скажет умудренный жизнью босс. Можно не учиться, да иметь подход к людям. А иного, сколь­ко ни учи...

Не учиться — оно, конечно, можно. Да только кое-чему научиться нужно.

А с умудренным читателем (даже если он и не босс) мы согласны; большинство настоящих психоло­гов — это не те, что с дипломом психолога. Правда, точно так же клан настоящих психологов не совпа­дает с кланом боссов.

Во все времена находились талантливые люди, ко­торые предвосхищали научные положения психологии.

Вот, например, как характеризует своего героя со­чинитель детективов Гордон Макгил:

“Его представления о человеческой природе были смутными, он не разбирался в мотивах поведения того или иного человека, постоянно удивляясь, как по-разному реагируют люди на определенные явле­ния. Но вот уловить суть какой-нибудь проблемы он мот за считанные секунды”.

Да это прямая иллюстрация Юнга[1].

Но вернемся к этике,

Автор позабыл марксистско-ленинское определе­ние этики, сам же он определяет ее как систему от­ношений человека к основополагающим жизненным ценностям, прежде всего — к другим людям.

Едина ли этика? Нет: критерии нравственности могут быть различными в разных этических системах. Есть этика буддистская и мусульманская, крес­тьянская, мещанская и так далее.

Единственно правильной этикой автор видит христианскую мораль, ибо она есть выражение эти­ки Творца.

Не секрет, что многие люди не могут (или не хо­тят, так как полагают, что это ослабит их позиции) разделить по-настоящему такие, к примеру, положе­ния христианской этики, как “люби врага своего”. Чтобы облегчить себе жизнь, они придумали своды формальных законов, правил поведения, которые по­лучили название — “этикет”,

Любой согласится, что большинство правил этике­та лишено здравого смысла, и тем не менее люди со слабым природным чувством нравственности горой стоят за их соблюдение.

Например, обманывать делового партнера неэтич­но, но этикет это допускает — при условии, что вы обманываете “вежливо”.

Проницательные англичане зафиксировали эту ситу­ацию в иронической формуле: “Хорошая мина при пло­хой игре”. Кстати, и сами англичане придают до стран­ного много внимания, к примеру, ритуалу трапезы...

Но ведь часто происходит и наоборот: чистые в эти­ческом смысле побуждения человека выражаются в нес­колько корявой форме, и этикет их не принимает.

Да пусть человек держит ложку, как хочет! Пусть даже льет соус на скатерть! Лишь бы человек был хороший...

Американские психологи Джон Гордон и Ричард Бэндлер свидетельствуют:

“В Калифорнии каждая группа психотерапевтов имеет свою этику (по нашей терминологии этикет. — О.С.). Например, чтобы быть хорошим коммуникато­ром, вы должны одеваться, как рабочий фермы”.

Так что же изучают на курсах наши секретари?..

В идеале психологическое образование (по край­ней мере, для непсихологов) должно представлять собой компактную и целостную систему психологи­ческих знаний, которая заключала бы в себе и глу­бокую идейную (этическую) основу и — одновре­менно — служила бы действенной психотехникой, т.е. имела аппарат, естественно приспособленный к решению практических задач реальной жизни.

В общем-то, любое направление в психологии — будь то психоанализ или, например, модное сейчас на Западе нейролингвистическое программирование — в той или иной мере претендует на эти качества, Однако истинную революцию с точки зрения как этики, так и психотехники, произвела возникшая в конце 1970-х и окончательно сформировавшаяся в начале 90-х годов новая психологическая наука — соционика.

Датой рождения соционики принято считать 1978 год, когда появилась работа А.Аугустинавичюте[2] «Ду­альная природа человека».

Сама Аушра Аугустинавичюте дает следующее оп­ределение: «Соционика — наука о соционе, соционной природе человека и соционной структуре общества».

Что же это за материя такая — социон? Вот с этим нам и предстоит разобраться в данной главе.

Социон есть совокупность шестнадцати типов чело­века, называемых соционическими типами. Таким обра­зом, соционика относится к типологическим наукам, она классифицирует людей по соционическим типам.

Теперь следует уточнить понятие «соционический тип». Но прежде поговорим о типологиях вообще.

Читателю известно деление человечества по двум типам: мужчина и женщина. Класс в данном случае носит название “пол”. Вряд ли у кого-либо вызовут сомнения естественность и правомерность такой клас­сификации.

Любой человек может быть отнесен к одному из полов, и никаких иных полов в природе не сущест­вует. Бывают, конечно, различные патологические “промежуточные” случаи, но даже в этих случаях всегда определяется истинный, “основной” пол.

Существует множество других типологий челове­ка. Безусловно-естественными могут считаться расово-национальное деление, возрастное и т.д. Введение таких классификаций имеет смысл только с опреде­ленной точки зрения. Так, детям 14 лет не следует смотреть эротические фильмы, однако билет в трам­вае им нужен такой же, как и взрослым.

Можно придумать, например, такую интересную классификацию: блондинки с серыми глазами и блон­динки с карими глазами. Здесь вопрос, много ли про­ку в такой типологии, выдвигается на первый план. Впрочем, может быть, сероглазые блондинки как раз отличаются от кареглазых каким-то значимым психо­логическим качеством.

До сих пор речь шла о классификациях, правомоч­ность которых оспаривать невозможно.

Существует еще уйма надуманных, зато наукооб­разных типологий. Классический пример — теория четырех темпераментов. Читатель, конечно, знаком с ней: сангвинический, холерический, флегматический и меланхолический темпераменты смешиваются в че­ловеке в любых пропорциях.

В отличие от типологии по цвету глаз, теорию темпераментов можно бесконечно опровергать и до­казывать, что и делают уже много веков ее сторон­ники и противники.

Суть проблемы все же, по-видимому, в том, нас­колько полезна данная научная типология, что дает она для понимания природы человека и объяснения его реального поведения.

Теоретический аппарат соционики тоже, в принци­пе, можно подвергать сомнениям. На то он теорети­ческий аппарат. Недоверие, однако, сменяется настоящим восхищением, когда вы убеждаетесь, сколь за­мечательно соционика “работает”, т.е. описывает кон­кретные жизненные ситуации.

Итак, что же такое соционический тип?

Сразу оговоримся: соционический тип — довольно тонкая материя. Пожалуй, правильнее всего будет опре­делить его как информационное устройство человека.

В каждом из нас от рождения встроена информа­ционная “машинка”, или способ восприятия, отраже­ния (переработки) и продуцирования информации. А информация, как известно, — всеобъемлющее понятие, включающее в себя любые слова, суждения, умозаклю­чения, действия, поступки людей плюс все остальное, что только есть вокруг нас. Вся наша жизнь, по сути, — это сплошная работа с информацией, и каждый че­ловек имеет для этой работы свой инструмент.

Соционика мимоходом дает ответ на интересней­ший вопрос: одинаково ли люди видят мир? Оказы­вается, все-таки нет.

Если даже два недальтоника смотрят на красную книгу, они, конечно, могут сойтись во мнении, что это книга и что она красная, однако дальнейший ход мыслей будет у них похожим лишь в том случае, если эти люди информационно устроены одинаково.

Соционический тип не следует понимать только как способ организации психики человека. Социо­нический тип проявляется в индивидууме очень мощно, по всем возможным каналам. Это и особен­ности конституции (строения тела), и характерные черты лица, стиль разговора и манера двигаться (моторика). У людей одного типа схож вокал (т.е характеристики голоса: тембр, интонации), им свой­ственна склонность к одним и тем же болезням, И многое, многое другое.

Но, разумеется, люди одного соционического типа идентичны далеко не во всем.

Важно, что соционная природа человека если и имеет более короткую историю, чем половая приро­да, то не намного.

Вскоре после того, как Господь создал Адама и Еву, Он сотворил и шестнадцать соционических ти­пов. Возможно, это произошло одновременно с раз­делением народов при Вавилонском столпотворении Автор склонен считать, что данную библейскую прит­чу следует трактовать именно в том смысле, что Тво­рец смешал информационные языки. До этого, по-видимому, люди были информационно универсальны, что и дало им повод возомнить себя богоравными.

Но даже суровому материалисту-прагматику дол­жно быть очевидно, что соционический тип имеет надполовую и надрасовую природу.

Это значит, например, что мужчина и женщина одного соционического типа ближе по человеческой сущности, чем две женщины разных типов. Славянин и негр одного типа похожи больше, чем два индейца. Не по внешности, а по своему внутреннему складу.

Однако, такая ситуация не отменяет половых и расовых особенностей. Нет, эти особенности имеют столь же глубокую природу и существенную значи­мость, как и соционический тип. Но в этом-то никого убеждать не нужно...

Стереотипы половых ролей настолько закоснели (мужчина — силач, добытчик; женщина — предмет обхаживания), что один психолог опубликовал, к при­меру, такой совет: “Подарите своему мужу на день рождения большую хозяйственную сумку, ведь драка в очередях соответствует его природным наклоннос­тям...” Психолог этот — разумеется, дама. И именно такие вот дамы возмущаются, когда им на день рож­дения дарят кастрюлю.

Соционика не только расставляет все по местам, но и делает это высоко гуманистично. Недаром мы говорили, что она — новая этика.

Соционика считает естественным делом для тонко чувствующего мужчины писать стихи или воспиты­вать детей, для умной и волевой женщины — руко­водить предприятием или летать в космос. И к этой справедливости многим еще предстоит привыкать.

Соционическим типом человек обладает с момен­та рождения. А может быть, еще в утробе матери (на этот счет исследований пока не проводилось).

Все данные указывают на то, что соционический тип заключен в генотипе.

К 2000 году ученые обещают полностью расшиф­ровать геном человека. Наверняка, среди множества других, они опишут и ген соционического типа.

Всего соционических типов, как уже упоминалось, существует шестнадцать. Почему именно шестнадцать, ни больше ни меньше? Откуда взялось это число?

На такой вопрос можно ответить с двух точек зре­ния. Во-первых, шестнадцать типов возникают в те­оретическом построении аппарата соционики (см. Ап­пендикс Б). Во-вторых, сам по себе этот факт еще ничего не значил бы (мало ли каких теорий можно настроить'), если бы не обнаружилось, что каждый живой конкретный человек может быть иденти­фицирован с одним и только одним из шестнад­цати типов, составляющих социон.

Вот этот-то факт, по-научному называемый пря­мым экспериментальным подтверждением теорети­ческой модели, и говорит прямо и однозначно о том, что соционическая модель чрезвычайно удачна. Еще бы: теория “угадала” существование в природе шес­тнадцати типов человека!

Так что, если хотите, 16 — это одна из мировых констант, и нет здесь никакой мистики: знает же на­ука другие мировые константы, такие как скорость света в вакууме или масса покоя протона.

Мы подошли к черте, у которой пора обозначить соционические типы, дать им имена. Вот они:

 

Названия выбраны с таким расчетом, чтобы они отражали существенные и специфические черты, при­сущие каждому данному типу.

Так, мы предпочли название “Плановик” назва­нию “Прагматик”, ибо прагматиками являются также Дизайнер и некоторые другие типы, поэтому обозначение “Прагматик” не удовлетворяет требованию спе­цифичности. В то же время, имя “Плановик” точнее отвечает сущности данного соционического типа.

Еще одно важное замечание: названия типов сле­дует понимать с максимальной общностью.

Так, Механик — это не только превосходный ча­совых дел мастер или автослесарь, он — механик во всем, даже в отношениях с людьми.

Плановик — это не просто работник бухгалтерии ЖЭКа, но человек, который постоянно планирует, просчитывает, прогнозирует.

Массовик может ассоциироваться, в первую оче­редь, с массовиком-затейником, но это также человек, чья стихия — стечение народа, бурная активность, он стремится концентрировать на себе внимание, распо­ряжаться людьми. Заметим, что имя “Распорядитель” было бы менее удачным, поскольку страсть распоря­жаться характерна и для некоторых других социони­ческих типов.

Психолога, даже если он собирает на заводе теле­визоры или работает в математическом институте, больше всего занимают человеческие глубины.

Оператор — это не обязательно телефонистка. Это человек, который умеет безупречно выполнять работу, отыскивать в любом процессе оптимальную технологи­ческую цепочку. Здесь нелишне вспомнить, что до ок­тябрьского переворота хирург назывался оператором.

Читатель, конечно, обратил внимание на то, что социон мы разбили на четыре группы, по четыре типа в каждой. Эти группы называются квадры, и каждой квадре присвоена буква греческого алфави­та:

В чем смысл такого деления социона? Дело в том, что квадра представляет собой некую целостность: для всех типов одной квадры общими являются определенные ценности, которые задают психологическую атмосферу, свойственную данной квадре. Эта атмосфера явственно ощущается в груп­пе, где присутствуют члены лишь одной из квадр.

В следующей таблице представлено описание квадровых особенностей:

 

Квадра	Характеристика	Главная ценность	Императив общения
	Эйфористы	Наслаждение	Независимость
	Организаторы	Иерархия	Строгость
	Активисты	Борьба	Конкурент­ность
	Гуманисты	Согласие	Доброжела­тельность

Императив — значит основополагающий принцип общения, принятый в квадре.

Читатель легко может представить себе, что про­изойдет, если укомплектовать, к примеру Активиста­ми — духовную семинарию, а Гуманистами — бри­гаду рэкетиров.

А между тем, в жизни часто именно так и делается.

Изучайте Соционику, господа!

ВИРТУОЗ НА СВОЕМ МЕСТЕ

Бог хочет, чтобы ни один человек

 не жил в этом мире без работы.

Но не менее очевидно и то, что Он хочет,

 чтобы каждый был счастлив в своей работе.

 Джон РАСКИН

Однажды, в 1992 году, консалтинговая фирма, воз­главляемая автором, поместила в газетах рек­ламное объявление:

АНСАМБЛЬ СОЛИСТОВ — ИДЕАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ ВАШЕЙ ФИРМЫ.

Оптимизация структуры персонала по принципу:

КАЖДЫЙ СОТРУДНИК — ВИРТУОЗ НА СВОЕМ МЕСТЕ, СОГЛАСОВАННОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ПОТЕНЦИРУЕТ ДЕЛОВОЙ УСПЕХ!

Отклик был ошеломляющий. Позвонил всего один клиент — девушка. Она спросила; “Уточните, какие солисты вам нужны? Вокалисты?”

Заметим: до 1 апреля оставалось полгода.

Подозревая, что дружное недоуменное молчание предпринимателей было вызвано отнюдь не тем, что их фирмы давно пришли к идеальному состоянию, а скорее нулевой осведомленностью о возможностях со­ционики в деловой сфере, мы и решили написать эту книгу. В целях разъяснения упомянутой рекламы...

Проблема № 1 для каждого руководителя — это его кадры, его команда. Вряд ли отыщется такой босс, который стал бы это оспаривать.

Да, доход, да, результат, но и сам этот результат создается теми, кто трудится рядом с вами плечом к плечу.

Нужно быть, извините, в высшей степени недале­ким человеком, чтобы недооценивать значение лич­ностных качеств работников и взаимоотношений внут­ри фирмы. Даже у коммунистических начальников хватало ума выдвигать на первый план “человечес­кий фактор”.

Встречается такая позиция: вот, мол, разбогатеем, встанем на ноги, тогда сможем себе позволить занять­ся психологией. Сейчас, мол, не до этого...

Так с людей, если хотите знать, дело начинается, кадровый вопрос — это первый вопрос, который должна решить фирма, особенно если она еще не встала на ноги.

Можно, конечно, “выжимать” из людей результат, закрывая глаза на бесконечное кипение интриг, кон­фликтов в коллективе, хроническое неудовлетворение сотрудников, превратившихся в невротиков. Такой стиль “руководства”, надо сказать, весьма распрост­ранен на нынешней стадии нашего доморощенного капитализма.

Но ничто в этом мире не сходит с рук даром: люди не выдерживают дикой атмосферы, царящей в такой фирме, и уходят, даже невзирая на высокую зарплату.

Удручающая текучесть кадров является бичом такого горе-руководителя. Если еще учесть, что прежде дру­гих уходят самые ценные сотрудники...

Долго ли будет процветать такая фирма?

Отбирать людей сугубо по деловым качествам — тоже неверно. Психологические аспекты значимы в не меньшей степени, чем даже профессиональный опыт того или иного сотрудника.

Автор уверен, что это станет очевидным для каж­дого, кто дочитает до конца нашу книгу.

И еще одну вещь поймет вдумчивый читатель: соционический менеджмент — такая же серьезная и сложная наука, как, например, менеджмент финансо­вый. Или даже сложнее. А значит — по плечу только профессионалу (и то, между прочим, не каждому).

Поэтому трижды заблуждается тот “мудрый” босс, с которым мы уже имели честь познакомиться в пре­дыдущей главе: руководящее кресло, в его понимании, отождествляется с данными незаурядного психолога.

Действительно, ему, как начальнику, над людьми власть имущему, в какой-то мере подвластна судьба подчиненных. Но вряд ли (ой, вряд ли!) ему открыты тонкие механизмы, определяющие то, что происхо­дит в таком непростом мире человеческих личностей и взаимоотношений.

В выигрыше всегда оказывается босс, обладающий достаточно высокой культурой для того, чтобы подходить к работе с людьми, во-первых, со всей серьезностью, а во-вторых — научно грамотно. Как это давно делается в цивилизованных странах.

При подборе новых работников в американских фирмах используется метод психологического анализа, для чего от кандидата требуют; анкету; заявление, написанное от ру­ки; фотографии (анфас и в профиль).

Специалисты кадровых служб подвергают фотографии анализу с помощью физиогномических таблиц. Анкета и заявление кандидата на должность подвергаются прежде всего графологическому анализу.

Анкета содержит 140 вопросов, ответы на которые ана­лизируются не столько по их содержанию, сколько со сто­роны стиля и характера изложения, где непроизвольно про­являются особенности личности кандидата.

В итоге под благовидным предлогом предприниматели отказывают до 60% претендентов.[3]

Гуманна ли такая процедура? Ответ однозначен: да.

Гуманизм заключается в том, что 20% отобранных попадают в нормальные условия работы, и именно эти люди действительно нужны фирме. Соответству­ющим образом будут строиться и отношения между работниками и администрацией.

А остальные, те, которых на все лады проанали­зировали и затем “забраковали”? Им, конечно, нем­ножко обидно, но не очень. Каждый из них получает письменный отказ в исключительно вежливой форме, в котором обязательно подчеркивается; “Вы не дол­жны комплексовать по поводу недостатка у Вас ка­ких-либо способностей. Просто был очень большой конкурс претендентов, и мы были поставлены перед необходимостью выбора...”

Было бы хуже, и для человека и для фирмы, если бы сотрудника, “не вписывающегося” в существую­щую структуру, пожалели, или приняли “по блату”, или как-то еще (отечественные бизнесмены знают уйму исконно-посконных способов, не знают только единственно правильного: научного).

Вот одна из главных причин того, что наша эко­номика по сей день ковыляет на костылях, а также того, что на подавляющем большинстве предприятий чуть ли не весь персонал пребывает на грани психи­ческого срыва.

 

В большинстве зарубежных компаний каждый кандидат подвергается всестороннему анализу. Широко развита сеть специальных оценочных центров. При приеме на работу меньше внимания уделяется формальным знаниям, а боль­ше человеческим и деловым качествам кандидата.

 

Не обязательно искать бухгалтера суперопытного, пусть это будет способный молодой человек, имею­щий, конечно, соответствующее образование и прак­тический опыт, но главное — обладающий высоким общим культурно-интеллектуальным уровнем, стрем­лением к профессиональному самообразованию... И еще, добавляет соционика, складом личности, кото­рый гарантирует быстрое достижение вершин в дан­ной области[4] и возможность результативного взаимо­действия с остальными членами команды. Не правда ли, весомое добавление?

Забегая вперед, скажем: соционические аспекты зна­чимы настолько, что “перевешивают” вес остальное.

На Западе соционики еще не знают. Мы имеем огромную фору!

Итак, чем же характеризуется, с точки зрения со­ционики, тот или иной склад личности и каковы про­фессиональные рекомендации для него?

Подробно исследуем этот вопрос для всех шест­надцати соционических типов.

ВУНДЕРКИНД

Склонен к отвлеченным размышлениям, исследо­ванию абстрактных вопросов. Всегда полон необыкновенных идей. Видит перспективные возмож­ности, открывающиеся в окружающем мире.

Логичен в высказываниях, легко понимает взаи­мосвязь явлений. Может, не испытывая чувства дис­комфорта, длительное время заниматься логической работой: изучением и систематизацией литературы, программированием и т.п.

Стремится к тому, чтобы окружающие видели в нем волевого, решительного человека. Не пасует пе­ред внешним давлением, смело идет “против тече­ния”, доводя до конца свою линию.

Плохо ориентируется во взаимоотношениях лю­дей. Может допускать неэтичное поведение, при этом в ответ на замечания раздражается.

Нуждается в красивой, гармоничной обстановке. С удовольствием выслушивает советы, касающиеся эс­тетики. Старается интересно одеваться.

Предпочитает “живую” эмоциональную беседу. Яр­кие эмоции партнера оживляют его, побуждают к деятельности.

_________________

Каждый из Вундеркиндов считает себя гениаль­ным, Во всяком случае, впереди идущим. Это прояв­ляется и на бытовом уровне, не всегда красиво. Так, Вундеркинд не переносит, если кто-то идет по тро­туару впереди него. В этом случае “гений” наступает на пятки, старается обогнать, а затем — сдерживать вас своей спиной.

Завышенная самооценка у Вундеркинда имеет не­которые основания. Так, он действительно непрерыв­но генерирует необычные идеи.

Не все Вундеркинды — Эйнштейны, но даже на рабочем месте, например, грузчика Вундеркинд твер­до уверен, что среди грузчиков (и всех остальных людей) ему нет равных, потому что он нетрадицион­но видит способ продевания паса под шифоньер.

Конечно, Вундеркинду стоит заниматься наукой. Там есть простор для его вычурной фантазии. И есть вероятность, что идея действительно окажется стоя­щей и будет по достоинству оценена ученым миром. Известны примеры.

Так, Вундеркиндами были Эйнштейн, Карл Маркс и Зигмунд Фрейд. Лучшему из Вундеркиндов — Аушре Аугустинавичюте — принадлежит идея соционики.

В то же время. Вундеркинду трудно быть психоло­гом. Ведь психология — это непрерывное выяснение внутренней сути человека, постоянное возникновение, видоизменение и разрушение отношений с людьми.

Вундеркинду дано глубинное видение, которое хо­рошо работает, будучи нацеленным на что угодно, только не на живого человека.

Вундеркинд смело даст вычурные оценки людям (в своем традиционном духе), но эти оценки слишком мало совпадают с реальностью.

Еще большая трудность заключается в том, что отношения между людьми, а также вопросы этики служат для Вундеркинда настоящим камнем преткно­вения. Он никогда не знает толком, как следует об­ращаться с людьми.

По сей день ортодоксальные психоаналитики казу­истически чтут традицию, восходящую к Фрейду: они кладут пациента на кушетку, а сами садятся позади его головы, так что человеческий контакт сведен до мини­мума. Некоторые даже утверждают, что это делается для повышения эффективности сеанса.

А между тем, мизансцена эта имеет один-единст­венный смысл: доктор Фрейд, как Вундеркинд, прос­то-напросто не любил общения с людьми. Он больше уставал от одного живого пациента, чем от написа­ния тома “Толкование сновидений”.

Нам довелось наблюдать, как один наш коллега-соционик сказал клиентке, которая просила продиагностировать ее тип: “Принесите вашу фотографию, c ней работать мне будет проще...”

Одна женщина — Вундеркинд — долгое время ра­ботала в Киеве на телефоне доверия. Представляете, к примеру, звонят ей по поводу несчастной любви... Ей было тяжело, но гораздо страшнее другое. Наверняка, в часы ее работы число самоубийств возрастало.

Вундеркинду непосильно тяжело работать педаго­гом, воспитателем. Несмотря на то, что он, в общем, хороший диагност, из всех врачебных профессий Вун­деркинду подойдут лишь рентгенология и хирургия, где общение с пациентом, как таковое, минимально.

Соответствующими данному складу личности яв­ляются профессии абстрактно-технические (матема­тик, инженер-конструктор, программист и т.д.).

В деловой сфере Вундеркинд нужен тогда, когда требуется разрушить рутинную схему, предложить новые, оригинальные пути развития предприятия.

Власть над людьми Вундеркинду лучше не пре­доставлять. Для выполнения функций менеджера, ад­министратора существуют более подходящие типы.

Если Вундеркинд выбивается в начальники, тут уж отсутствие у него таланта человеческого общения проявляется в полной мере. “Почерк” такого руково­дителя характеризует не столько даже авторитаризм, сколько бестактность.

Вундеркинд-начальник действует по принципу: “Да, я веду себя некрасиво, зато я гениальный, поэтому могу себе это позволить”.

Вундеркинд способен возглавлять нетрадицион­ные направления, в том числе наукоемкие, что само по себе весьма ценно.

Впрочем, Вундеркинду этого объяснять не нужно — о своей необыкновенной ценности он всегда ос­ведомлен лучше, чем окружающие...

СИБАРИТ

Тонко разбирается в красоте, обладает превосход­ным эстетическим вкусом. Умеет одеваться кра­сиво и оригинально. В доме создает теплую, уютную обстановку. Большой приверженец комфорта, при этом стремится разнообразить впечатления и ощущения.

Быстро и точно оценивает настроение человека. Очень общителен, слывет обаятельным собеседни­ком. Эмоционален, импульсивен, бывает вспыльчив. Обожает интриги, но конфликты старается разрешить (в свою пользу).

Старается всюду успевать вовремя.

Может совершать нерациональные поступки. Лю­бит делать покупки, при этом безошибочно выбирает наилучший товар. Однако лишен уверенности в сфе­ре финансов и технологии. Если занимается этим, то без особого успеха.

Симпатизирует людям, которые преисполнены интересных идеи, устремлены в будущее, занимаются зна­чительным, перспективным делом. Любознателен, с удовольствием послушает о разных таинственных вещах.

Очень ценит во всем логическую стройность и непротиворечивость. Люди, умеющие показать взаи­мосвязь вещей, приводят его в состояние восторга.

_________________

 

Эстетизм Сибарита вовсе не заключается в безу­держном стремлении к наслаждениям. Скорее, это проявляется в самобытном художественном вкусе, а также в умении получать истинное удовольствие от обычных, казалось бы, вещей.

Сибарит кажется мягким, теплым, “уютным” чело­веком. Однако это впечатление верно лишь до определенной степени.

Сибарит бывает и весьма жестким — как в эмоциональном, так и в физическом плане. Он напоминает кошку: ласковая нега легко может перехо­дить в когтистое нападение. Недаром так здорово оз­вучил кота Матроскина Сибарит Олег Табаков.

Сибарит обычно находит себя незаурядной лич­ностью. Пожалуй, только Вундеркинду, который неп­рерывно с милой беззастенчивостью требует пальму первенства. Сибарит готов ее уступить.

Впрочем, многое зависит от воспитания: бывают ис­ключительно интеллигентные и скромные Сибариты.

Счастлив тот Сибарит, который избрал своей про­фессией живопись, искусство, артистическую дея­тельность. Оперетту наверняка придумал Сибарит, Всплески эмоций, манерность, интрижки — вот сти­хия Сибарита в сфере человеческих отношений. Вспомните многотомную хронику дворцовых интриг и мушкетерских трапез Сибарита Александра Дюма.

Неплохо ладит Сибарит и с техникой. Каждый Си­барит влюблен в мотоцикл (не только мужчина, но и женщина). В мотоцикле его пленяет не столько техни­ческое чудо (хотя покопаться в механике, как и в крас­ках, стряпне и т.п. Сибариту, в общем, приятно), сколь­ко даримое им ощущение полета, “живой” скорости.

Довольно часто Сибариты идут в техники или математики. Но это не лучшее решение. Больших успехов на такой стезе Сибарит вряд ли достигнет.

Что касается медицины, то это будет хороший выбор. Практически по всем медицинским специаль­ностям. Хороший, но не лучший.

Сибариту кажется, что он знает людей и является превосходным психологом. Это не совсем так. Дей­ствительно, люди — это стихия Сибарита. Но к дан­ной сфере он подходит, в основном, в разрезе эсте­тических впечатлений. По этому каналу можно иног­да получать весьма тонкие результаты, но для психолога важнее другое: постоянное достоверное проник­новение во внутренние механизмы человеческой ду­ши и объективную суть взаимоотношений людей. В психологии Сибариту, во всяком случае, есть смысл заниматься физиогномикой.

Талант красиво одевать людей, а также кулина­рию, интерьер-дизайн и архитектуру мы отнесем к разряду художественно-артистических профессий...

Из Сибарита получится также отличнейший дач­ник или фермер. (Помните, кот Матроскин: “Вот куп­лю еще одну корову...”?)

Внимание: бизнес Сибариту противопоказан!

Когда Сибарит приходит на рынок, то любо-доро­го посмотреть, с каким действительно незаурядным вкусом он выбирает сало или абрикосы, но впечатле­ние безвозвратно портится, как только дело доходит до расценок и расчетов...

“Средний класс”: в одной хорошо известной нам фирме девушка-Сибарит работает главным экономис­том. Образование: экономический вуз. Стаж: около 10 лет. Приходит в дрожь от необходимости подписать рядовую платежку. Бегает консультироваться на сей пред­мет с главным бухгалтером, которая по типу Софист. Невротизирована до крайней грани, за которой — кли­нический психоз. Аргументация президента фирмы; “За­то она патриот, верный фирме человек...”

Надо сказать, что Сибаритов просто-таки магни­том тянет в коммерцию. Их удельный вес в рядах торгашей-“челночников” может вызвать почтение. В одном киевском Сбербанке весь персонал представ­лен этим соционическим типом. И только управляю­щая Сбербанком — Плановик.

Сибарит-начальник всего себя посвящает сибаритс­тву. С подчиненными не церемонится. На пути к желан­ному креслу бывает не столь уж щепетилен. Запросто может выжить коллегу или “уйти” подчиненного.

СОФИСТ

Любое явление подвергает логическому анализу. При этом мыслит непредвзято, демонстрирует воз­никающие парадоксы, совершает неожиданные логи­ческие ходы. Любит подискутировать, готов отстаивать свою точку зрения в споре с любыми авторитетами. Предмет изучает глубоко, старается проникнуть в первоосновы.

Привержен простому, без излишеств, образу жиз­ни. В быту недостаточно подтянут, чаще, чем следу­ет, находится в состоянии “расслабленности”.

Стремится познать разнообразие мира человечес­ких характеров и отношений. В общении вежлив, старается быть “хорошим” для всех. Этические нор­мы черпает из литературы, кино, из круга общения. Тем не менее, во многих ситуациях оказывается нес­пособным правильно проинтерпретировать этико-психологические аспекты.

Грешит неадекватным проявлением волевого на­пора. Не уверен в оценке своего физического само­чувствия. В качестве компенсации испытывает тягу к закаливанию, физическим упражнениям, физичес­кому труду.

Нуждается в ярком эмоциональном фоне. Испы­тывает удовольствие от общения с эмоциональным собеседником. Сам также интенсивно эмоционирует, особенно в дискуссиях.

Особое значение придает эстетизму. Его идеал — всеобщая красота и целостная гармония мироздания.

_________________

 

Способность к логическому анализу традиционно ассоциируется с “умом”. Соционика развенчивает это заблуждение. Она предлагает точные обозначения для всех видов “ума”: логического, этического, интуи­тивного, сенсорного.

Каждый человек в чем-то слаб, а в чем-то талант­лив. Коммуникатор, с его слабыми логическими за­датками, блестяще разбирается в тонкостях челове­ческих характеров. Сибарит, с его жалкой коммер­ческой жилкой, любому даст сто очков вперед в сво­ем художественном видении мира.

Мы не хотим преуменьшить достоинства Софис­та, но справедливость требует подчеркнуть, что сре­ди Софистов и Механиков — типов, у которых ло­гика является сильнейшим качеством, недалекие, низ­коинтеллектуальные личности встречаются столь же часто, как и среди всех остальных типов.

Тем не менее, в субъективном восприятии самого Софиста, который ощущает в себе способность ло­гически анатомировать определенные вопросы, этот инструмент кажется всесильным, что побуждает Со­фиста применять его к любым предметам.

Между тем, далеко не всякая сфера человеческой мысли подвластна “голой” логике. Поэтому Софист, например, — весьма посредственный психолог. Тем не менее, Софистов в психологии — тьма; их прив­лекает возможность плодить наукообразные статьи, насыщенные мертвыми логическими конструкциями, одновременно развивая свою слабую функцию: по­нимание человеческих отношений.

Данная функция у Софиста, лишь чуть менее сла­бая, чем у Вундеркинда, отличается приторной книж­ностью, косностью, стремлением узко следовать то­му, что мы выше назвали этикетом.

Наукообразие результатов Софиста обеспечивает ему быстрейшую, по сравнению, например, с Психо­логом, защиту диссертации по психологии. Его ар­гументация логически убедительна, его схемы выс­троены непротиворечиво...

Мертворожденность всех этих конструкций ста­новится очевидной, когда вы убеждаетесь, что в жиз­ни-то ничего похожего не наблюдается.

Но дело уже сделано: Софист успел засорить мно­гочисленные умы ложными убеждениями, и не так-то просто их после этого “вычистить”. Переучивать­ся всегда труднее, чем учиться…

Вред от Софиста в психологии очевиден. Социо­ника страдает от засилия Софистов чрезвычайно. Неко­торые наши коллеги-Софисты, наверняка в глубине души чувствуя это, нашли интересный (вот уж дейст­вительно софистический) выход: они не соглашаются, что соционика — это психология(!). Предпринимаются попытки представить соционику как некую сверхнауку, которая напрямую объясняет практически все.

Подобные поползновения к глобализму свидетельс­твуют как раз об интеллектуальной ограниченности и профессиональной импотентности.

Соционика действительно может объяснить мно­гое, но не “лобовым” применением.

Соционика — наука тонкая. Механизмы, с кото­рыми она оперирует, настолько утонченны, что по­нимание их доступно немногим. Софист просто не обладает требуемой степенью психологической утон­ченности и не воспринимает истинную суть социо­нических явлений.

Попытки же компенсировать этот принципиаль­ный дефект логической (и “этикетной”) агрессией объективно наносят cоционике лишь вред.

Во многих других сферах деятельности Софист выглядит более предпочтительно.

Наилучший штурман — это Софист. Данный соционический тип просто превосходно ориентируется в пространстве и времени. Любит ходить пешком на большие расстояния, в основном по благоустроен­ным территориям. Охота Софисту нравится меньше: в ней слишком много физического дискомфорта.

Качества оратора, спорщика позволяют Софисту быть хорошим педагогом-предметником. Более умест­ной, чем в психологии, здесь оказывается страсть к тривиальным нравоучениям. Сам Софист вынужден всю жизнь учиться премудростям людских отноше­ний, которыми переполнена педагогическая стихия.

Софисту подвластны инженерные профессии лю­бого профиля. Особо отметим системное програм­мирование. Силен Софист в шахматах и прочих логических играх, всегда не прочь составить партию Игроку.

В медицине Софист — неплохой терапевт и от­личный хирург: ведь “оператор” должен уметь не хуже инженера прочертить четкую линию и разоб­раться в устройстве сложнейшей системы — челове­ческого организма...

Известный кардиохирург Николай Амосов — Софист.

Диагност из Софиста может получиться превос­ходный, но — в диагностике технической.

Известна история о советском физике Петре Капице, который, когда ему предложили починить сложный элек­тродвигатель, даже не стал снимать кожух, а просто обошел вокруг, затем попросил молоток, ударил по оп­ределенному месту — и двигатель заработал...

Софист — прекрасный математик, но самое-самое его дело — это философия. Вот где могут во всю мощь развернуться его логическая оригинальность, страсть к софизмам и парадоксам, к глобальному объ­яснению мироздания...

Бизнесмен из Софиста получается, как правило, средний. Он вяловат в продвижении дел, несмотря на поверхностную эмоциональность. Во главу угла ставит не эффективность, а структурирование пред­приятия.

Софист-бухгалтер “дрожит” над каждой копейкой. Для бухгалтера это, может, и хорошо, но уже глав­ному бухгалтеру, а тем более финансисту-экономисту не к лицу быть финансовым цербером: здесь в выиг­рыше оказываются те соционические типы, которые подходят к делу более творчески.

А вот менеджер из Софиста хороший. Софист-начальник обычно отличается редкой для начальника корректностью и доброжелательностью. (Впрочем, бывают и исключения.) При этом он об­ладает всеохватным ведением о своем подразделении. Данный соционический тип — один из наиболее же­лательных, если речь идет о руководителе.

ИГРОК

Непревзойденный мастер эмоций. Эмоционирует ярко, красиво, артистично. Не только творчески владеет собственными эмоциями, но и великолепно чувствует тончайшие оттенки настроения других лю­дей. Человек впечатления. Способен искренне радо­ваться за других. Может и, наоборот, оказывать на собеседника эмоциональное давление.

Эстет. Создает в доме красивую, комфортную об­становку. Испытывает постоянную потребность в при­ятных ощущениях, стремится их разнообразить. Всегда уверен в собственном вкусе, умеет себя “преподнес­ти”. Одевается чаще ярко, эффектно. Придирчиво оце­нивает внешность других людей.

Стремится быть деловым человеком. Демонстри­рует окружающим свою рассудительность, здравый смысл. Придает большое значение успеху по службе. Старается достичь материального благополучия, для этого может пойти на деловой риск. Игрок по натуре. азартный, увлекающийся человек.

Всегда чем-нибудь занят, “весь в делах”. Часто не может всюду успеть, опаздывает на встречи. Живет, будучи полностью погружен в многоцветие конкрет­ной обстановки; не любит загадывать на будущее.

Говорит, что ему нравятся “умные люди”. Затаив дыхание выслушивает стройные, точные теории. Ста­рается сам быть логичным.

Во всех явлениях ценит глубокое внутреннее со­держание. Люди, умеющие вскрыть и показать глу­бинный план, дарят ему новое вдохновение.

_________________

 

Игрок — один из лучших психологов. Однако, в отличие от, допустим, Психолога, ему интересно имен­но поиграть с человеком. При этом игра для него — занятие серьезное, и игрок он, как правило, честный.

Книга известного психолога Эрика Берна (Игрок) так и называется: “Игры, в которые мы играем”.

Владислав Листьев (Психолог) умел представить человеческие характеры тоньше и глубже, но атмос­фере игры “Поле чудес”, по-видимому, все же боль­ше отвечают азарт и искрометная эмоциональность Леонида Якубовича (Игрок).

Вообще, Игрок — блестящий шоумен. И, конеч­но, актер. В этой связи интересно сравнить, к при­меру, артисток оперетты, одна из которых — Сиба­рит, другая — Игрок. Обе как нельзя лучше подходят для данной профессии. Отличие в том, что Сибарит смотрится утонченнее, эмоционирует более непос­редственно, но и несколько упрощенно по сравнению с актрисой-Игроком, которая умеет передать инте­ресные нюансы настроений, а при необходимости — “включить” энергетику, которая способна затмить да­же эмоциональность Сибарита.

Игрока очень сложно обмануть. Он чувствует из­менения энергетических и физических параметров человека не хуже, чем детектор лжи. Игрок — живой “детектор лжи”.

Игрок — серьезный человек, в то же время — азартный. Казино — это, безусловно, его изобрете­ние. Атмосфера игры полностью поглощает его, зас­тавляет забыть о времени. Недаром в игорных домах Лас-Вегаса окна всегда зашторены, игра идет круг­лосуточно без различения дня и ночи.

Игрок-крупье или владелец казино — это, безус­ловно, человек на своем месте.

Надо сказать, что Игрок — один из самых универ­сальных соционических типов в смысле профессио­нальных рекомендаций. Ему доступны очень многие виды деятельности, в том числе связанные с бизнесом, бухгалтерией, медициной, педагогикой, спортом и т.д.

Неправильно поступит, пожалуй, лишь Игрок, ко­торый профессионально займется экономическим планированием или прогнозированием, а также точны­ми абстрактными науками (например, математикой).

И незачем Сильвестру Сталлоне снова и снова пытаться повысить свои результаты по тестам IQ; истинный его ум заключается в большом человечес­ком таланте, в любви, с которой он создавал своего героя — простого и “неумного” парня Рокки, глубоко трогающего душу зрителя.

Забавно выглядят и подсчеты числа вариантов трансакций у Эрика Берна, в то время как даже ба­зовые варианты служат весьма условными ограничи­телями, когда он выявляет истинно живую психоло­гию, не в пример иным Софистам и другим “технарям”, которые за сухостойными деревьями формаль­ных построений не видят зеленого леса жизни.

Игрок-начальник весьма благожелателен и велико­душен. Иногда, правда, бывает грубоват, любит поко­мандовать. Впрочем, для босса это простительно...

Вообще же для этого соционического типа власть, достижение вершин общественного положения — да­леко не главное. Это человек, который наделен та­лантом жить ярко и интересно, купаясь в стихии чело­веческих страстей и наслаждаясь красотой творения.

АРТИСТ

Воспринимает мир очень эмоционально. Нервен, импульсивен. Мастер экспрессии. Наделен ар­тистическими способностями, испытывает потреб­ность “играть” и в жизни. Превосходный оратор, со­бытия описывает драматично, с эмоциональным на­калом. Чувствует настроение окружающих.

Имеет превосходно развитое чувство времени. Жи­вет напряженной, динамичной жизнью, предпочитая планировать ее по ходу дела. Хорошо видит неодноз­начность развития событий” любит предсказывать их драматический исход*

Стремится реализоваться в работе, дорожит репу­тацией дельного сотрудника. Пространно рассуждает на темы целесообразности и выгодности, заостряет внимание на вопросах оплаты труда. Не чужд пред­приимчивости, которую направляет на улучшение сво­его финансового положения.

Не любит говорить о некрасивом. Болезненно ре­агирует на упреки в неряшливости, отсутствии вкуса. Тратит большие усилия на приведение своей внеш­ности в эстетичный вид.

Симпатизирует людям, имеющим четкое систем­ное мышление; любит выслушивать аргументирован­ные, логически убедительные теории.

Убежден, что человек должен быть сильным, соб­ранным, решительным. Таких людей уважает; сам так­же старается соответствовать идеалу “победителя”.

_________________

 

Как ясно уже из имени этого соционического типа, больше всего ему подойдут непосредственно артисти­ческие профессии (актер театра, кино, эстрады, певец, музыкант...). Немалого артистизма требуют и профес­сии политика, педагога, лектора. В этих областях Ар­тист также получает самые высокие рекомендации.

Заметим, что все перечисленные профессии так или иначе означают работу с людьми. И это, конечно, не случайно. Артисту даны от природы весьма силь­ные способности психолога и непреодолимая тяга к занятиям с людьми, желательно — в массовом коли­честве. Сам интеллектуальный склад Артиста пред­располагает к постановке драматических вопросов (типа to be or not to be?) и политическому мышле­нию. Его стихия — страсти масс, политические пар­тии и движения, пропаганда и агитация и т.п. В этой связи придется отметить, что Гитлер и Геббельс бы­ли Артисты. Однако этот факт не должен кидать тень на сей достойный соционический тип; чтобы восста­новить равновесие, скажем, что Артистом (истин­ным!) был Чарльз Чаплин; к этому же типу относит­ся, например, Шекспир.

Литературная деятельность также очень привле­кательна для Артиста; он обладает врожденными лин­гвистическими, а часто и поэтическими способнос­тями. Тип “неистового журналиста”, публициста “на злобу дня” — это именно тип Артиста.

В чем Артист не силен, так это в эстетических сферах деятельности. Всюду, где требуются высокая точность и аккуратность, а тем более художествен­ный результат, нервный и несобранный Артист ра­ботает с перенапряжением,

Вот почему этому типу противопоказаны любые хирургические специальности, включая терапевтичес­кую стоматологию,

В то же время Артист может быть неплохим те­рапевтом. Правда, и здесь он больше “играет докто­ра”, чем является им на самом деле.

Если Артист занимается спортом, физической под­готовкой, то делает это с большим рвением. Мужчи­на-Артист предпочитает атлетизм, дзю-до и другие, силовые и нервные, виды спорта. Женщина, как пра­вило, останавливает свой выбор на аэробике.

При всем при этом Артист не обладает по-насто­ящему сильной волей. Начальник он обычно “гром­кий”, энергичный, случается — и деспотичный, но к строгой системе и железной воле его стиль руко­водства может лишь стремиться. Скорее, сам Артист не прочь подчиниться “сильной руке”.

Артист обожает “левую” работу (она в его созна­нии ассоциируется с предприимчивостью), но реко­мендации Артист-коммерсант и Артист-бизнесмен по<-лучит весьма и весьма посредственные. Относитель­но предпочтительны функции менеджера, коммивоя­жера, пресс-секретаря, специалиста по public relations.

МЕХАНИК

Реалист, мыслит конкретными категориями. Луч­ше, чем кто-либо другой, видит логические неу­вязки, которые остроумно вышучивает. Мастер упо­рядочения, систематизации. Умеет разобраться в ус­тройстве любого предмета. Превосходно выполняет сложную, высокоточную работу. Любит иметь в сво­ем распоряжении разнообразный инструментарий. Проявляет недовольство, если посторонние наруша­ют заведенный им порядок,

Может быть властным, умеет действовать реши­тельно. Уверен в своей физической силе, всегда под­тянут. Одевается весьма тщательно, как правило, в строгом стиле.

Стремится возможно более полно изучить жизнь в плане человеческих взаимоотношений, “экспери­ментирует” в этой области, расширяя свои возмож­ности методом проб и ошибок. Устанавливает для себя определенные этические нормативы.

Испытывает затруднения в оценке способностей людей; не знает, чего от них можно ожидать. Поэто­му относится к людям с определенной осторожнос­тью. Болезненно воспринимает обсуждение его соб­ственных способностей. Хорошо чувствует себя в насыщенной эмоциональ­ной атмосфере. При общении с человеком,  демонстрирующим сильные, драматические эмоции, ощуща­ет успокоение.

Убежден, что поступок хорош, если он своевременен. Работает очень систематично, считает важным четкое планирование и выполнение работы в срок.

_________________

 

Величайший талант Механика заключается в том, что он видит жизнь неодушевленных предметов. Ме­ханик — властелин мира вещей, которые для него являются живыми существами. Он умеет оживить их так, чтобы это увидели и другие люди. Классический пример — часы. Механизм со стучащим живым серд­цем. Если изобретатель часов — не Механик, то ав­тор этих строк ничего не стоит как психолог.

Одному Механику — артисту цирка за выдаю­щийся талант была присуждена премия, которой удос­таиваются в основном ученые” изредка — художники и музыканты. Этот артист заставлял на сцене жить простые предметы, вроде трости.

Лучшего автослесаря или автоинженера, часового мастера, аниматора, наладчика оборудования, чем Ме­ханик, не сыскать. Поистине, у него умная голова и золотые руки. Но...

Природа блюдет равновесие, и в соционике нахо­дим чрезвычайно весомые подтверждения этому все­общему принципу.

В соционике есть даже закон, который, с долей юмора, можно сформулировать так: если у одного дуала что-либо прибавится, то у другого именно оно непременно убудет.

Этот закон наглядно объясняет, почему, напри­мер, Оператор — никудышний психолог. Да потому, что Психолог — это его дуал. Соответственно, из Психолога получился бы неважнецкий хирург.

Однако на этом наше отступление закончим, мы и так несколько забежали вперед. К закону вычи­тания дуала мы еще возвратимся. Теперь же вер­немся к Механику.

То ли путем вычитания дуала — Артиста, то ли более прямым методом — анализа модели А (см. Аппендикс Б), нетрудно убедиться в том, что теория предсказывает абсолютную неприспособленность Ме­ханика к работе с людьми. И практика жизни всецело подтверждает выводы соционической теории.

Насколько одушевлены для Механика вещи, нас­только же овеществлены для него люди. Причем, человек для Механика — механизм, в устройстве которого разобраться невозможно. Разве что на хирур­гическом столе. Но и там анатомировать можно лишь вещественную часть человека, но никак не душу.

Механик, наделенный властью над людьми, может быть страшен (Сталин, Хусейн). Получив власть, он может позволить себе действительно обращаться с людь­ми, как с винтиками. И позволяет. Стиль такого руко­водителя — авторитарно-тоталитарный в чистом виде.

Меньше масштабы власти — более человечен ру­ководитель-Механик, В начальники Механик попа­дает довольно часто, в силу своих аналитических способностей и властности (правда, в данный период у нас в цене в основном второе). Механик — дирек­тор завода чертовски строг, требователен и педанти­чен, но до Хусейна ему еще далеко.

В качестве поля деятельности Механику можно рекомендовать все виды инженерно-технических профессий, бухучет и аудит (на многое в финансах и бизнесе Механик вряд ли способен), а также работу по систематизации и каталогизации, в том числе компьютеризованной: патентное, информа­ционное, архивное, библиотечное дело (но ни в коем случае не отдел кадров!).

В медицине — хирургия, техноемкие участки, а особенно — протезирование (искусственное сердце, с которым можно жить десятилетия, создаст Механик!).

Противопоказаны Механику психология, психиат­рия, педагогика, большинство медицинских профес­сий, вообще непосредственная работа с людьми.

Заметим, что российско-коммунистическая (Механико-Легионерская) система выпестовала легионы Ме­хаников-кадровиков. Сидит этакий “маленький Сталин” на картотеке с личными делами и “работает с людями”. Эта порода вымирает и должна скоро исчезнуть.

Талантливый Механик всегда чувствует свое ис­тинное призвание.

Валерий Леонтьев отказался сыграть роль Иисуса Христа, потому что не чувствовал в себе морального права на это. Хотелось бы избавить Валерия от пос­ледних сомнений: он поступил правильно.

А вот его шоу ПОЛНОЛУНИЕ, наполненное це­лым сонмом оживших цветовых и механических об­разов, может служить чудесной демонстрацией того, на что способен нашедший себя Механик.

Лучшие представители данного соционического ти­па — это те, кто, сознавая свою слабость в понимании любви и души человеческой, тем не менее пытаются постичь их — именно с позиций любви и души, а не с позиций структурной механики, в которой Механик как раз силен. Тем самым Механик преодолевает ве­ликий соблазн и живет в состоянии боли, но это та боль за мир, которая угодна Христу.

Таким Механиком был Василий Шукшин.

МЕЧТАТЕЛЬ

Превосходно чувствует время и свободно с ним обращается. Видит противоречивость развития со­бытий, что заставляет его быть сомневающимся. Легко “путешествует” во времени, постоянно размышляет о прошлом, полном воспоминаний, и о неясном будущем. Обладает предчувствием, любит предсказывать.

Тревожен, впечатлителен, сентиментален. Эмоции проявляет в широком диапазоне: от спокойствия, гра­ничащего с отрешенностью, до интенсивного эмоци­онального напора. Чутко улавливает перемены в нас­троении людей.

Старается проявить перед окружающими эстетизм, художественный вкус. Одевается, как правило, эле­гантно, в романтическом стиле. Многословно восхи­щается красотой, украшает свой быт произведениями природы или искусства.

Испытывает неуверенность в вопросах деловой це­лесообразности. Неадекватно оценивает полезность веши, а также ее стоимость. Тяготится деятельнос­тью в сфере финансов, экономики, технологии. Скло­нен к “богемному” образу жизни.

Симпатизирует людям волевым, решительным. Бу­дучи сам человеком мягкой натуры, благосклонно воспринимает строгий стиль обращения. Охотно выслушивает советы о необходимости концент­рировать усилия.

Критерием оценки явлений считает логическую убедительность. Люди, отличающиеся четкостью умо­заключений, мобилизуют его, стимулируют его к де­ятельности.

_________________

 

Мечтатель очень мало приспособлен к конкретной жизни, не говоря уже о жизни экономической. Это — самый “экономически слабый” тип, которому не на­ходится места ни в сфере материального производс­тва, ни в большинстве остальных отраслей общест­венного хозяйства.

Правда, в стране Советов зародился принцип, ко­торый жив и поныне: не умеешь сам — научи дру­гого. Именно поэтому, к примеру, долгие годы Меч­татель у нас был не кем иным, как... премьер-минис­тром (незабвенный Рыжков). Всем была очевидна его несостоятельность, блестящие умы изощрялись в сар­казме (“плачущий премьера — очень метко”.), но цар­ственный Мечтатель наломал немало дров, прежде чем удалился от дел.

Теперь, после достаточной доли критики, вспом­ним, что плохих соционических типов нет; премуд­рость состоит лишь в том, чтобы обеспечить человеку род занятий, соответствующий его призвание

В чем же талант Мечтателя?

Это тонко чувствующие люди, склонные к поэзии, литературе, музыке, искусствам, историческому ос­мыслению общественных процессов. Стиль мышле­ния Мечтателя можно охарактеризовать как абстрактно-историко-эмоциональный. Он умеет не высчитать, а именно почувствовать тенденции развития общес­тва, Причем, сфера приложения этих способностей Мечтателя — глобальные, макроскопические собы­тия, как-то; судьба отечества и т.п.

Есенин проникся такой болью за судьбы русской поэзии, что это привело его к суициду.

Между прочим, склонность к самоубийству харак­терна в целом для b-квадры; пальма первенства здесь принадлежит Механику, далее, в порядке убывания риска суицида, типы располагаются в такой последо­вательности: Мечтатель, Артист, Легионер.

Когда не стало Есенина, Маяковский (Легионер) написал — в своем духе — стихи насчет того, что умереть, мол, несложно, “сделать жизнь значительно трудней!” Через год наложил на себя руки сам Ма­яковский.

Но вернемся к профессиям для Мечтателя.

Помимо сфер литературных, политических и ар­тистических (между прочим, две последние хорошо сочетаются друг с другом). Мечтателю, в общем, по­даться некуда.

В работе с людьми он не на высоте. Психолог из него посредственный, то же самое можно сказать и о Мечтателе-враче, Все же в терапии он принесет меньше вреда, чем в хирургических специальностях, Мечтатель-педагог бьет в основном на эмоции и тре­бует от детей немыслимой дисциплины и четкости изложения при собственной расхлябанности и удру­чающей туманности объяснения,

В бизнесе для Мечтателя имеются определенные ниши: он может, например, неплохо справляться с обязанностями пресс-секретаря или советника по об­разовательным программам. Но ни в коем случае — не финансиста, бухгалтера, коммерческого агента (тем более директора), брокера или технолога!

Кстати, и сами Мечтатели, чувствуя непосильность для них этих профессий, “подают в отстав­ку”, даже имея за плечами высшее экономическое образование, полученное в страшных мучениях на заре туманной юности.

Мечтателя часто привлекают математика и техни­ческие науки. Но если математик из него никудыш­ний, то инженер — просто опасный.

Однако вспомним: Сергей Есенин — гений рус­ской поэзии, Александр Малинин — замечатель­ный музыкант...

Вот вам и Соционика.

ЛЕГИОНЕР

Неординарно понимает вопросы волевых проявле­ний. Любит “мериться силой”, соревноваться и побеждать. Способен оказывать мощный силовой прес­синг. Учитывает ситуацию, может ослабить нажим, при­менить обходной маневр, если это целесообразно.

В высказываниях и поступках предельно четок и логичен. Способен к длительному выполнению логи­ческой работы (математика” шахматы, конструирова­ние и т.д.), причем может заниматься несколькими делами одновременно. Убежденный коллективист. Умеет организовать людей, расставить их по позици­ям, потребовать результативной работы. Последова­тельный, твердый руководитель, подчиняющий все действия достижению поставленной цели.

Предпочитает “не выставляться”. Одевается, как правило, со вкусом. Часто говорит располагающим, вкрадчивым тоном, демонстрирует заинтересован­ность в проблемах собеседника, пытается выяснить его способности. В следующее мгновение может вдруг стать жестким и несговорчивым.

По отношению к людям бывает безжалостен. Воп­росы этики старается обходить молчанием. Не любит заострять внимание на взаимоотношениях людей.

Испытывает удовольствие от общения с собеседни­ком, который тонко ощущает требования времени и помогает разобраться в неоднозначностях ситуации.

Уверен в том, что эмоции украшают общение. Про­являет живые, но недостаточно гибкие эмоции. Лю­ди же, владеющие ими в совершенстве, вливают в него заряд новой энергии.

_________________

 

Легионер — убежденный коллективист. Он ощу­щает себя солдатом в строю, в легионе его сила, и других он желает подчинить духу полка.

Вот образчик философии Легионера: “Плохо чело­веку, когда он один. Горе одному, один — не воин. Каждый дюжий ему господин. И даже слабые, если двое”. Маяковского трудно не узнать.

Каждый Легионер мечтает стать Македонским: пол­ками интереснее управлять.

Дай Легионеру волю, и он переставит всех людей в переполненном троллейбусе, хватая каждого за ши­ворот, указывая определенное ему место и сопровож­дая свои действия хорошо поставленными голосовы­ми командами.

В жизни, разумеется, такую картину можно наб­людать достаточно редко, потому что столь почита­емый Легионером общественный дух требует от него соблюдения приличий, хотя быт на уровне этикета.

В определенных местностях. например в Москве, где доминирует Легионерский тип культуры, быть злобным и грубым считается нормой поведения,

Однако “давать волю” Легионеру приходится — ввиду его неординарных полководческо-организаторских способностей.

Говорят (по-видимому, с большим преувеличением), что маршал Жуков (Легионер) выиграл войну, и дейс­твительно, то, что в той ситуации потребовался Леги­онер, — неудивительно. Общеизвестен жуковский та­лант стратега и тактика, равно как жестокость и бесче­ловечность по отношению к солдатам и офицерам.

Кстати, наверняка утрируют и те, кто утверждает, что Сталин только мешал Жукову побеждать. Конеч­но, Сталин сделал немало, чтобы ухудшить боеспо­собность армии и затруднить оборону (мы говорим сейчас только о войне), но в его отношениях с Жу­ковым наверняка был и конструктивный элемент — во-первых, потому, что и Механик объективно хоро­ший полководец, а во-вторых, Сталин с Жуковым сос­тоят в зеркальных интертипных отношениях, которые характеризуются именно конструктивно-критическим настроем. В конце концов, партнеры по зеркальным отношениям — “одного поля ягоды”, слишком уж близ­ки и похожи друг на друга эти квадралы.

Легионером был также Ленин, сумевший переста­вить вес в огромной стране по своему усмотрению. Вот уж действительно великий организаторский талант!

Артист Ульянов так здорово играет Ленина по той простой причине, что сам он тоже Легионер. Другой известный артист-Легионер — всеобщий российский любимец Владимир Высоцкий.

Патрисия Каас — тоже Легионер, встречаются они и в такой вот изящной “упаковке”.

А как насчет той русской женщины, которая “коня на скаку”?.. Здесь необходимо сделать отступление.

Дело в том, что соционическая модель оказыва­ется правомочной в описании не только отдельно взятой личности, но также и более крупных ассо­циаций людей.

Существует такая дисциплина — макросоциони­ка. Она занимается изучением возможностей приме­нения соционической модели к таким понятиям, как ментальность нации и национальный характер, типы культуры городов и регионов, а также взаимодейс­твие их между собой и с людьми различных соци­онических типов.

В макросоционике нам удалось сделать чрезвы­чайно интересные открытия.

Так, оказалось, что доминирующий тип культуры того или иного города описывается не чем иным, как... соционическим типом! Определенная модель А может объяснить атмосферу, “душу” города.

Мы уже упоминали о связи Москвы с типом Ле­гионер. Киев, например, — Блюститель, Санкт-Пе­тербург — Психолог, Вильнюс — Софист, Львов — Артист, Харьков — Игрок, Днепропетровск — Ком­муникатор, Николаев — Легионер, Алушта — Ком­муникатор, Чернигов — Оператор…

К сожалению, если мы продолжим перечисление, а тем паче, займемся разъяснением, то получится не отступление, а глава в главе. А посему пойдем даль­ше, едва успев полюбоваться па миг открывшимся пейзажем наших прекрасных городов.

Соционической структурой А описываются также культура и ментальность региона. Например, Закар­патье — Оператор, при том, что Ужгород — Дизай­нер (бывшая столица Закарпатья Мукачево — Оператор); Полтавщина — Блюститель (сама Полтава — Массовик) и т.д.

Когда речь заходит о нации, необходим качествен­но иной подход.

Этнос — цельное, стабильное образование, сущес­твующее на протяжении веков и тысячелетий. Если бы он обладал структурой отдельно взятого соционической) типа, по своей природе метастабильного и малоуниверсализованного, то просуществовал бы весь­ма недолго, да и не был бы этносом в полном смысле слова. Возможно, такие народы известны истории, а некоторые существуют и в нашу эпоху.

Вообще же для представления менталитета нации требуется структура метауровня по отношению к соционическому типу, а именно — диада, которая уже обладает необходимой степенью устойчивости и универсализованности — качествами, изначально прису­щими нации, и в то же время отражает яркую наци­ональную специфику, чего нельзя сказать о следую­щей ступени обобщения — квадре.

Так, познакомившись с описанием Мечтателя и (в основном) Легионера, читатель без труда отождест­вит российскую культурно-ментальную традицию с диадой Мечтатель—Легионер.

Мы уделяем так много места данному вопросу еще и потому, что, хотя и освещали его еще в 1991 году, многие наши коллеги до сих пор руководствуются ошибочным отождествлением нации с отдельно взя­тым соционическим типом.

Россия, к примеру, у них — Мечтатель, а не диада Мечтатель—Легионер, Украина — вместо диады Пси­холог—Оператор почему-то вообще Блюститель (оче­видно, киевская субкультура выросла в их глазах в украинскую). Однако, об украинской культурно-мен­тальной матрице мы поговорим позднее.

Вдумчивому психологу должно быть очевидно, что одного типа Мечтатель для объяснения типа россий­ской национальной специфики совершенно недоста­точно. Наряду с поэтизмом, фатализмом, отвлечен­ностью и расхлябанностью, свойственными данному этносу, ему в равной мере присущи экспансивность, воинственность, жесткость.

С одной стороны — вера в “царя-отца”, готов­ность подчиниться сильной руке, с другой — желез­ная воля, ура-патриотизм, укрепление государствен­ной власти и колонизация огромных территорий.

Ни одна из этих сторон не может быть признана первичнее другой, они органически сплетены между собой и только вместе составляют то, что зовется русским духом.

Теперь возвратимся к Легионеру.

Его тактика и стратегия могут найти выражение в политической эквилибристике, чем славится украин­ский экс-президент Леонид Кравчук, принципиаль­ный центрист, продемонстрировавший умение учесть различные веяния и течения и поступить всякий раз так, чтобы по возможности удовлетворить их все. Мы находим, что это качество ценно для президента. Одна­ко до определенной степени и не во всех ситуациях.

А вот когда Легионер становится начальником про­изводства, это хорошо, пожалуй, без всяких оговорок.

Вообще, босс-Легионер принадлежит к тем бос­сам, у которых максимум деловой целесообразности сочетается с минимумом человечности. Требователен до неумолимости, авторитарен до жестокости. Но про­изводство — на высоте.

В бизнесе Легионер выглядит достаточно серо.

Вы уже поняли, конечно, что такое Легионер-пси­холог. Или во что превращается школьный класс под скипетром Легионера-учителя. Не думаю, что вы за­хотите пойти на прием к Легионеру-терапевту. А вот на стол к Легионеру-хирургу (если только наркоз общий) можно ложиться с уверенностью: этот свое дело сделает.

У Легионера есть такая черта: он старается “раз­говорить” собеседника. Может по такому случаю да­же изобразить мягкость, а нужно это для того, чтобы прозондировать способности человека и решить, “на каком месте” его можно использовать. Посему, как это ни диковинно, психология привлекает Легионера. Психология, берегись!

Да, Легионеру лучше бы почитать Евангелие. Но ему не до этого — вот он вдавливает вас в забитый вагон метро, громогласно увещевая: “Не в церковь заходите!”

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ

Превосходно разбирается в вопросах деловой ак­тивности, Видит выгодность или невыгодность, перспективность или бесперспективность тех или иных предприятий. Предлагает неординарные пути увеличе­ния эффективности, может пойти на деловой риск.

Чрезвычайно деятелен, динамичен, импульсивен. Остро ощущает напор времени, считает недопусти­мым отставание в делах. Не любит, если кто-либо нарушает его планы или отрывает от работы,

В общении с людьми проявляет эмоции, старается оживлять атмосферу беседы. Вспыльчив, но отход­чив. Оптимист, романтик.

Испытывает неуверенность по поводу собствен­ного эстетизма, однако не стесняется “преподно­сить” себя таким, как есть. Не способен искоренить некоторую небрежность в одежде, как правило, ос­тавляет впечатление “растрепанности”.

Проявляет недовольство; когда на его внешность обращают пристальное внимание.

Доверчив в построении отношений. Хочет от парт­нера доброжелательности, верности, однако не знает, как этого добиться. С удовольствием выслушивает точку зрения собеседника, которому подвластны пе­реплетения человеческих взаимоотношений.

Считает, что человек должен быть волевым и на­пористым. Стремится сам соответствовать этим кри­териям. “Крепкие” люди как бы передают ему часть своей силы, побуждая к еще более интенсивной де­ятельности.

_________________

 

Кто получает всяческие и практически безогово­рочные рекомендации к занятию бизнесом, так это Предприниматель.

Именно он (если не Плановик) придумал формулу “время — деньги”. Или, как у Джека Лондона: “время-не-ждет”. Способность просчитывать коммерчес­кие проекты во времени ставит Предпринимателя вне конкуренции в предпринимательстве.

Ближайшие соперники — Оператор и Плановик — все же должны быть признаны несколько менее приспособленными к бизнесу как таковому, хотя Опе­ратор превосходит Предпринимателя в производи­тельных сферах, требующих непосредственного вло­жения труда, а Плановик, быть может, — лучший из банкиров, который скрупулезно превращает время в деньги, в то время как Предприниматель — комби­нирует средства во времени (разница тонкая, но су­щественная). Четвертый из прагматиков — Дизайнер — является действительно четвертым.

В общем, в торговле, коммерции, маркетинге, финансах, планировании, словом, — повсюду в бизнесе Предпринимателю должна быть открыта зеленая улица.

Имея хорошие задатки к юриспруденции (любимый раздел — контрактное право), Предприниматель, как правило, чтит закон, во всяком случае, его букву.

Мы рады были бы сказать, что в нашем государ­стве наступило время Предпринимателей, да только это не так. К сожалению, сейчас процветает не столь­ко тот, кто имеет бизнес-интеллект, сколько облада­тель загребущей руки, умеющий превращать в дело слова “хочу”, “дай”, “мое”. Надежда лишь на то, что этот период скоро исчерпает себя.

Весьма существенным фактором (в том числе и коммерческого результата) Предприниматель счита­ет межличностные отношения. Однако, эта материя уже не находится в его власти, в чем Предпринима­тель отдает себе отчет достаточно ясно. Данной фун­кцией, по закону вычитания дуала, обладает Блюсти­тель — диадный партнер Предпринимателя.

Как психолог Предприниматель откровенно слаб. В своем воображении он наделяет людей качествами (реже — хорошими, чаще — плохими), которыми те на самом деле не обладают. Диада Предприниматель — Блюститель не ориентирована на психологию. Это диада фантазеров, обожающих занудные выяснения сути того или иного человека, но не способных к ней приблизиться.

Ушедшие в психологию Предприниматели обрека­ют себя на достойную сожаления роль ученого-эн­циклопедиста, который всю жизнь изучает информа­цию, произведенную другими. Попытки самостоятель­ного продвижения всегда оказываются неадекватны­ми и приводят к неудобным ситуациям.

Нечто неопределенное представляет собой Пред­приниматель-врач. Стиль Предпринимателя-педагога преисполнен неумеренного родительского апломба и резонерства. Ученый, инженер может получиться из Предпринимателя неплохой, но и не блестящий.

В спорте Предприниматель, как правило, делает успехи в видах “на выносливость”: стайерский бег, плавание, велосипед.

Предприниматель в кресле директора (если речь идет о коммерческой фирме) — один из самых желательных вариантов. Такой руководитель весьма де­мократичен, он принимает во внимание любые дель­ные замечания сотрудников. Последним можно посо­ветовать лишь приноровиться к импульсивности, а возможно — и вспыльчивости босса. Предпринима­тель незлопамятен, вспышка гнева быстро сменится настроем к позитивному сотрудничеству. Не следует идти на поводу у эмоциональности шефа, лучше про­тивопоставить ей собственную взвешенную позицию.

Не всякий человек может выжить, приняв беше­ный темпоритм, в который стремится его втянуть Предприниматель.

БЛЮСТИТЕЛЬ

Обладает способностью объективно разобраться в отношениях между людьми. Считает важным вы­яснить, как относятся к нему: лучше проявленное плохое отношение, чем неизвестность.

Во всем полагается на себя, твердо определяет собственную линию поведения. Недоверчив, посто­янно собран, готов к действию. Вполне миролюбив, но на противника может оказывать мощное силовое давление. Любит распоряжаться, обнаруживая вкус к власти, однако его команды обесцениваются логичес­кой невыверенностью.

Следит за своей внешностью, одевается аккуратно, довольно часто — ярко и эффектно.

Стремится выглядеть рассудительным. Тяготеет к объективному знанию, к точным наукам и технике. Дорожит репутацией эрудита. В спорах нередко при­бегает к ссылкам на источники.

Из-за того, что плохо ориентируется в глубинных индивидуальных различиях людей, активно проводит “уравнительную” мораль, считая, однако, себя “равнее” Любит обозначить человека, навесив на него ярлык, прозвище — всегда поверхностное и неточное. Тем не менее, претендует на роль психолога. Когда люди об­наруживают “неожиданные” черты, бывает разочаро­ван, убежден, что его подвели. Проявляет недовольство, если обсуждаются его собственные способности.

Любит получать материальную поддержку, подар­ки, вознаграждения. Делает символические подноше­ния близким как знак хорошего отношения. Питает симпатию к людям дела, способным обеспечить его средствами. Нуждается в советах по вопросам эконо­мической целесообразности.

_________________

 

Очень привлекательной для Блюстителя выглядит социология. В своем стремлении классифицировать людей на группы по формальным признакам именно в ней Блюститель находит радость души.

Другое дело, что группы эти искусственные, призна­ки, по которым человека можно отнести к той или иной группе, банальны. Но все равно искомое достигнуто: человеки разложены по полкам, и к каждой привешен ярлык с указанием сорта и цены “товара”.

Это Блюститель придумал и абсолютизировал “суб­культуры” — слишком сложно ему согласиться с существованием бесконечного разнообразия челове­ческих индивидуальностей.

Блюститель возводит в догму и возрастное ранжи­рование. Всякой человеческой особи, которая явно моложе, Блюститель стремится говорить “ты”. Это, по сути, еще одно проявление “ярлычества”: “ты” в устах Блюстителя означает, что вам присвоен ранг “младшего”. Из этого следует ряд принципиальных требований: младший — а) хуже старшего, б) усту­пает старшему сидячее место, в) не знает жизни, а посему обязан выслушать поучения умудренного Блюстителя, и т.д. Кстати, этикеточное “тыканье” характерно и для другого соционического типа — Механика, у которого также “в загоне” различение человеческих индивидуальностей.

Далее, социология предполагает активную дея­тельность среди людей: перемещения, включающие прокладывание пути в толпе, телодвижения, распо­ряжения, нравоучения — все то, что нравится Блюс­тителю и в чем он себя находит.

Еще одна приятность социологии: после такой де­ятельности Блюститель может всем говорить: “Я изу­чал нравы людей (тайники человеческой души, под­лую человеческую природу и т.п.)”, тем самым ре­ализуя свое тяготение к роли людоведа и душелюба.

Наконец, занимаясь статистической обработкой ре­зультатов, заглядывая в таблицы и справочники, Блюс­титель ощущает себя умным математиком.

Чаще все же Блюстителя — социолога-любителя можно встретить в обличье трамвайного контролера.

Психологию Блюстителя, реализующего свою “со­циологическую” стезю, хорошо проследить по авто­биографической книге нью-йоркского Блюстителя-так­систа Владимира Лобаса “Желтые короли”.

Имеются сферы (а именно — блюстительство, в прямом смысле слова), где различение человеков и вовсе нежелательно, там отсутствие этой способнос­ти превращается в козырь. Тем эффективнее оказы­вается “действование” с людьми.

Блюститель, к примеру, — идеальный охранник. Сталинского типа. (Иными словами — цербер.) Или — милиционер - совкового типа - (слава Богу, что не все милиционеры — Блюстители). Или, наоборот (а почему, собственно, наоборот?), мафиози.

“Мафиозность” Блюстителя имеет очень широкий контекст. Она ярко проявляется, например, в отноше­нии к детям; для своего собственного ребенка Блюс­титель поистине преданный родитель, “чужого” же может двинуть так, что увечье останется памятным на всю жизнь.

Впрочем, действительно хорошо иметь Блюстите­ля своим другом; он верен вам и никогда не предаст. Но учтите, что и от вас потребуется полная предан­ность. Здесь, как в любви; чтобы быть любимым, нужно напрягать все душевные силы и ежеминутно оказываться достойным такого отношения.

Интересно, на уровне макросоционики, обсудить городскую культурно-ментальную матрицу Киева (Блюститель).

Не все киевляне — люди соционического типа Блюс­титель, хотя их достаточно много (сколько? — задачка для Блюстителя-социолога), Однако, культура этого ти­па господствует в городской атмосфере, и ей, в той или иной степени, подчинены все жители столицы.

Проявления блюстительства типичны и легко уз­наваемы: физическая грубость, морализаторство (в том числе на тему уступания мест в транспорте), взгляд исподлобья, недоброжелательность и замкнутость, обособленность, принцип “моя хата с краю”. В то же время — ощутимая этическая теплота, избегание кон­фликтов, относительная ухоженность и чистота.

Подчеркнем еще раз: конкретная личность — Блюс­титель может оказаться изящной девушкой, которая воспитана в традициях человечности и красоты. Макросоционическая же матрица впитывает черты хрес­томатийного, акцентуированного Блюстителя.

Городская культура Блюститель означает, что практически каждый встречный горожанин “надви­гается” на вас, как танк, не сворачивая со своего прямого пути, а чаще — нарочно вас “подрезая”, надувшись при этом, напрягшись и нацелив на вас окаменевшие локти. Он набычился, угрюмо молчит, и попытки заговорить с ним равносильны заигрыва­нию с крокодилом.

Нам больно, стыдно, но это — типичный киевля­нин. Это культура Блюститель, взращенная в некогда святом городе,

Кто он — этот родной и знакомый прохожий? Не обязательно Блюститель. Это может быть любой из шестнадцати соционических типов. Даже Мечтатель или Психолог. Мужчина или женщина; старик или ребенок. Ибо они погружены в Блюстительскую сре­ду. Жить в море и быть при этом пресноводной ры­бой невозможно.

Блюстители любят Киев. Им-то хорошо в этой среде. Еще больше наслаждаются атмосферой Пред­приниматели (для них она дуальная). Люди разных соционических типов включаются в определенный тип культуры и относятся к нему по-разному. Пси­холог, например, ощущает от киевской жизни неудо­вольствие и усталость.

Для тех, кто видит в украинской нации тип Блюс­титель, скажем: это о Блюстителе украинский народ придумал поговорки: “Очі завидющі, руки загребущі>, “Моя хата с краю”, “Meні аби сало”.

Блюститель всегда был чужеродным духу украин­цев, критиковался и высмеивался в народе. Опять-таки речь идет о Блюстителе-идее, реальные же лю­ди-Блюстители часто бывают весьма и весьма дос­тойными. Так, Блюстителем был Тарас Шевченко.

О Блюстителе в качестве бизнесмена можно сде­лать вывод из вышесказанного.

Тем, кто работает под началом Блюстителя, мы не позавидуем.

Блюститель в школе — это носитель классической совковой педагогики.

К Блюстителю-врачу желательно не попадать, хо­тя бывают исключения.

 

ПЛАНОВИК

Великолепно ощущает динамику происходящего, умеет выделить главенствующие тенденции и на этой основе предвосхитить развитие событий. Всегда имеет собственное мнение по поводу своевременнос­ти тех или иных действий. Оценки носят, как пра­вило, скептический характер (“мрачный” юмор).

Прагматик, педант. В своей деятельности руко­водствуется принципами рациональности и целесо­образности поступков, направляя их на извлечение разумной выгоды. Умеет скрупулезно, в деталях про­анализировать проблему. В выполнении логической работы (программирование, финансовый учет и т.п.) способен к длительному напряжению сил.

Тяготеет к сфере эстетики, интересуется вопроса­ми культуры, искусства. Одевается обычно элегант­но, со вкусом.

Старается держаться спокойно и корректно, про­изводит впечатление интеллигентного, утонченного собеседника. Редко смеется — для него более харак­терна печальная улыбка. Тем не менее, лицо его об­ладает живой мимикой. В критической ситуации может раздражаться, проявлять неадекватные эмоции.

Питает симпатию к волевым, уверенным в себе людям. Их неудержимый порыв и силовой напор дей­ствуют на него успокаивающе. С удовольствием воспринимает советы, касающиеся активизации его соб­ственных волевых качеств.

Уверен в том, что в мире должна царить любовь. Партнер, умеющий поладить с людьми, красиво про­явить чувства, наполняет его вдохновением и жаж­дой новых свершений.

_________________

 

Дух этого человека можно охарактеризовать слова­ми “унылый задор”. Общий для c-квадры энергичес­кий, “боевой” настрой приобретает у Плановика форму кислого, въедливого, скрупулезного и почти всегда иро­нического оценивания предпринятых усилий.

Эмоциональность Плановика заслуживает отдель­ного разговора.

Весь мир пытается разгадать “тайну” улыбки Джоконды.

“Большинство историков искусства, по мнению еженедельника “Newsweek”, считает, что Леонардо да Винчи изобразил Мону Лизу, которая готова зап­лакать, потому что ее били”.

“Как считает стоматолог и одновременно эксперт по живописи Джозеф Борковски, эта женщина, судя по выражению ее лица, потеряла много зубов”.

Как вам нравятся такие описания характерной улыбки Плановика?

И всего-то Мона Лиза — Плановик, с нормальной улыбкой, присущей Плановику. Как жаль, что все эти эксперты не просвещены соционически.

Плановик расплескивает эмоциональную энергию болезненно и неадекватно, но при этом, в отличие от Дизайнера, у которого похожие проблемы, демонст­рирует их постоянно.

И все же сильной стороной этого человека явля­ется обратное качество—трезвый рационализм. Имен­но благодаря ему Плановик и становится превосход­ным плановиком, бухгалтером, финансистом, банки­ром, коммерсантом, бизнесменом.

В последнее время Плановики у нас ударились в рекламу. Их излюбленное “научное обеспечение” рек­ламного дела — нейролингвистическое программи­рование. И по многим каналам телевидения с неотвратимой рекламной периодичностью звучат их уны­лые голоса и возникают их удрученные джокондоподобные улыбки.

Традиционно притягательна для Плановика сти­хия любви. Так, певец любви Оноре де Бальзак был Плановиком. И ничего, что его любовные опусы ско­рее напоминают годовую финансовую отчетность, слу­чайно забрызганную слезами.

Как мы уже упомянули. Плановик неравнодушен к психологии. К сожалению, при всех его аналитических, прогностических и прочих замечательных способнос­тях, как психолог Плановик заслуживает низкого балла.

Сентиментальный и утонченный, Плановик часто находит себя в семейной педагогике. Податься же в педагогику школьную означает для него обречь себя на жестокие неврозы. Эмоциональность Плановика несовместима с эмоциональностью школьной жизни.

Если медицине нужна не столько человечность, сколько умение диагностировать и планировать лече­ние (а такие специальности, пожалуй, найдутся — например, фтизиатрия), то шансы Плановика хоро­ши. Однако, врачей этого типа немного.

Плановик — прекрасный руководитель, властью не злоупотребляющий, умело направляющий дело к успеху.

И если в роли эстрадного артиста, супермена-кара­тиста или рекламиста Плановик выглядит карикатурно, то он истинно красив в работе банкира, руководителя коммерческой структуры или оператора предваритель­ных железнодорожных касс, восхитительно легко кон­струирующего для вас изумительно оптимальную схе­му передвижения во времени и пространстве.

МАССОВИК

Чрезвычайно творчески, в соответствии со своими самобытными убеждениями, подходит к вопро­сам волевых проявлений, желаний и целей. Обладает независимым пониманием того, что следует и чего не следует делать. Уверен в себе, умеет “заполнить собой” пространство, подчинить людей своему вли­янию, стремится управлять их поведением. Способен оказывать мощное силовое давление, диктовать свою волю; так же легко может “освободить” партнера.

Действует этическими методами, умело строит от­ношения с людьми — как положительные, так и негативные. Понимает, что такое любовь. Не стесня­ется в проявлении чувств, а также в высказываниях на темы воспитанности, вежливости, нравственнос­ти. Одевается смело, оригинально, со вкусом. Любит находиться в центре внимания. Развивает бурную, обширную деятельность, стремится к лидерству, вме­шивается во все события. Его стихия — коммуника­ции в массе людей.

Старается расположить к себе, демонстрируя за­интересованность в проблемах собеседника, чуткость и сопереживание. Легко говорит комплименты, как, впрочем, и нелицеприятные замечания. Считает важ­ным выяснить способности человека, однако не мо­жет в них разобраться достаточно глубоко, часто оши­бается в людях.

Проявляет алогичность в высказываниях и пос­тупках, при этом врядли признает свою неправоту. Затрудняется в анализе сложных структур. С техни­кой и вообще с предметами обращается смело, но неуместное применение силы и резкости часто приво­дит к их разрушению. Трудно дается понимание точных наук.

Внимательно выслушивает рассуждения о разви­тии событий во времени, о возможности различных подходов. Подобные советы помогают разумнее рас­пределить усилия.

Оценивая любое явление, во главу угла ставит его способность принести пользу. Считает; хорошо то, что выгодно, ценит экономность. Сам также хотел бы быть рачительным, но в то же время — щедрым, что не всегда удастся совместить.

_________________

 

Массовик — один из наиболее “сильных” типов, практически не поддающийся управлению. Сам он любит стяжать власть, распоряжаться людьми и в руководители попадает довольно часто.

Большего волюнтариста и самодура, чем начальс­твующий Массовик, пожалуй, и не сыскать. На его фирме постоянно свирепствует “буря в стакане во­ды”, текучесть кадров поражает воображение. Если кто-то “зацепится” рядом с ним, объяснение этому следует искать не в деловых и не в человеческих достоинствах сотрудника, а в его приспособленности к шефу, вплоть до мазохистических наклонностей.

Взвешенность и последовательность присущи сти­лю босса-Массовика в последнюю очередь. Однако, в наше непростое время эти качества, по-видимому, не являются главными, ибо фирмы Массовиков, как правило, довольно прочно стоят на ногах, продолжая концентрировать материальные средства из окружаю­щего хаоса. Может быть, это происходит по той па­радоксальной причине, что внутри таких фирм хаоса еще больше.

При всем при том, директор-Массовик (который, впрочем, любит называться не иначе как президен­том[5]) находит определенное удовольствие в показной “заботе о людях” (подарки “с барского плеча” на юбилей фирмы и т.п.), отпускает определенные суммы на благотворительные цели, чем не преминет пох­вастаться при всяком удобном случае.

стати, практика публичных “отчетов о милосер­дии” стала традицией у многих наших бизнесменов, не только у Массовиков. Видимо, им тяжело согла­ситься с простой истиной: “Когда творишь милосты­ню, не труби перед собою...” (Мф 6:3).

Все же, в области руководительства Массовик по крайней мере реализует себя, а точнее — свою пот­ребность манипулировать людьми. Иначе нам приш­лось бы рекомендовать ему лишь профессию ревизо­ра в троллейбусе. (В паре с Блюстителем достигается истинный идеал: не уйдет ни один “заяц”!)

Правда, есть еще место, где можно показать себя: это — эстрада (Алла Пугачева, Маша Распутина, Вя­чеслав Добрынин).

Политическая арена для деятеля такого размаха, как Массовик, быстро оказывается слишком тесной (Михаил Горбачев).

Массовик-педагог чувствует себя хорошо в своей роли, чего никак не скажешь о его подопечных.

Массовик-врач — это явление, для характеристики которого мы отказываемся подыскивать слова.

Массовик-психолог — абсолютно не психолог.

Массовик — ученый или инженер — может такого напридумать и настроить…

Массовика-бухгалтера несколько выручает цепкость взгляда и памяти.

Однако, несмотря ни на что, мы не хотели бы создавать у читателя негативное впечатление об этом соционической типе.

Среди Массовиков есть люди, обладающие иск­лючительным этическим талантом. Та же Алла Бори­совна в самом деле прекрасно поет о любви. С силой могут сочетаться благородство и великодушие. И, между прочим, Массовик-телохранитель — это вам не Меч­татель (К. Костнер) в одноименном фильме.

КОММУНИКАТОР

Превосходно видит индивидуальные качества че­ловека, его внутреннее состояние. Независим в своих оценках людей. Обладает способностью с ходу определить, “что за человек”. Предпочитает деятель­ность, которая связана с возможностью широко кон­тактировать с людьми.

Легко вступает в общение с незнакомцами. Доб­рожелателен, обнаруживает неподдельный интерес к человеку. Пользуется репутацией обаятельного и га­лантного собеседника. Быстро и точно отмечает ка­чество отношений между людьми и соответственно перестраивает свое поведение. Отличается умением искусно “сглаживать” конфликтные моменты.

Стремится предстать перед окружающими настойчи­вым и решительным, пространно рассуждает об этих качествах. Готов оказывать физическое противодействие.

Испытывает неуверенность в анализе сложных конструкций. Не любит структурирования, скло­нен все “смешивать”. Осторожен в обращении с техникой, составлении документов, нелегко дается работа в сфере точных наук. Болезненно воспри­нимает упреки в нелогичности.

Нуждается в атмосфере красоты. Благодарен лю­дям, помогающим разнообразить эстетические ощу­щения. Старается быть элегантным в одежде.

Поступки оценивает с точки зрения их целесообраз­ности. Готов подписаться под утверждением: хорошо все то, что дельно. Люди, умеющие соблюсти разум­ную выгоду, действуют на него активизирующе.

_________________

Коммуникатор — большой мастер общения с людь­ми. Он — психолог-практик от рождения, и никакое образование — ни техническое, ни экономическое — не в силах убить в нем эту способность.

Понятно, что расцвет Коммуникатора возможен в ситуации, когда его профессия связана именно с людь­ми, их характерами и отношениями.

В сфере бизнеса это, прежде всего, работа в ка­честве агента (коммерческого, страхового, а особен­но — рекламного), коммивояжера, вербовщика.

Нередко Коммуникатор взбирается и на высшие ступеньки управления. Он любит это дело... Комму­никатора-начальника можно встретить очень часто, причем в любой отрасли. Он может быть даже (по­чему “даже” — объясним чуть ниже) президентом Академии наук. Причем, в любом директорском кресле — от врачебного до милицейского — Ком­муникатор, не страдая, в общем-то, избыточной мягкостью, умудряется не терять человечности. Он прекрасно знает качества и способности своих сот­рудников, практически с любым человеком может поладить, а если потребуется, то, к примеру, уве­ренно устранить неподходящего.

В нашу “новую” экономику Коммуникаторы бук­вально обрушились потоком. Каждый второй работ­ник украинского частного сектора принадлежит к это­му соционическому типу. А может быть, каждый третий. Хорошо ли это? Не очень.

Логика деловых операций не является сильной функ­цией у Коммуникатора. Она для него притягательна, но из этого еще не следует успешность профессио­нальной реализации в деловой сфере, И хотя людей этого типа предостаточно во всех нишах обществен­ного хозяйства и они действительно превосходные коммуникаторы, одним этим качеством; увы, не всег­да удается подменить все другие.

Закон вычитания дуала говорит о том же; в диаде Коммуникатор — Дизайнер коммерсантом и бизнес­меном выступает Дизайнер, а Коммуникатор тут — лишь помощник.

Еще менее желательно Коммуникатору посвящать себя точным или инженерным наукам. К сожалению, и в этих профессиях мы видим немало Коммуника­торов, которые работают с перенапряжением и при этом практически ничего ценного не производят.

Теперь обсудим вещи, которые Коммуникатору под­ходят. Он — прекрасный педагог. Неплохой врач-тера­певт (но не хирург). Лирический актер, литератор.

Конечно же. Коммуникатору есть смысл занимать­ся психологией. С упором на практическое ее исполь­зование (Д.Карнеги).

Но существует профессия, словно специально соз­данная для этого типа, — психиатр. Интересно заме­тить, что соционическому типу Психолог практичес­кая психиатрия рекомендована в меньшей степени: он слишком хорошо “включается” в психический мир другого человека. (Поэтому для Психолога лучше, если он работает не с психотиками.) Коммуникатор же, в отличие от Психолога, умеет “отстраиваться” от партнера, легко меняя тактику отношений, а состоя­ние его психики видит столь же превосходно.

Ну и, конечно, каждый Коммуникатор знает, что жизнь — это не только работа (вспомним таких Ком­муникаторов, как Ги де Мопассан, Х.К.Андерсен...). Чрезвычайно значимы для него хлопоты, связанные с близкими людьми, друзьями, обширным и постоян­но обновляющимся кругом знакомых. Более того, и в служебную деятельность Коммуникатор привносит существенную долю этической стихии.

 

ДИЗАЙНЕР

 

Непревзойденный эстет. Всегда имеет собственное мнение о том, что красиво и что некрасиво, где гармония, а где — безвкусица. Красота, в его пони­мании, должна быть функциональной. Одевается ори­гинально, со вкусом, часто весьма эффектно. Боль­шой ценитель комфорта, любит расположиться с мак­симальным удобством. В то же время тяготеет к рис­ку, скорости, вообще к острым ощущениям. Упрям, своенравен, оказывает жесткое сопротивление внеш­нему давлению.

Не мыслит себя вне дела, вне труда. В своей де­ятельности естественно следует принципам прагма­тизма. Очень экономен, в то же время — для близких людей — щедр, любит дарить подарки.

Соблюдает временной распорядок, стремится иметь репутацию пунктуального человека. Может прямо ска­зать: “Извините, мне пора, меня ждут дела”.

Затрудняется в проявлении эмоций. Редко смеется, чаще на лице — сдержанная улыбка. Речь четкая, иног­да отрывистая, “металлическая”, иногда — томная, пре­исполненная глубокого чувства. В минуту срыва демон­стрирует жесткие, нелицеприятные отрицательные эмо­ции. Старается избегать таких моментов. Может произ­водить впечатление человека холодного.

Испытывает потребность во встречах с интересны­ми, одаренными собеседниками. Получает удовольс­твие, когда слышит глубокие оценки личностных ка­честв людей.

В целом правильно понимает взаимоотношения. Предпочитает находиться в атмосфере дружелю­бия, доброжелательности. Стремится к красивым, настоящим человеческим чувствам. И, тем не менее, легко может ошибиться, “обжечься”. Будучи лишенным любви, испытывает угнетенность: она — источник его вдохновения.

_________________

 

Дизайнер — один из наиболее “полипрофессио­нальных” соционических типов. Превосходит его в этом, пожалуй, только Оператор.

Великолепен Дизайнер в художественно-эстети­ческих профессиях: живопись, стилистика, оформ­ление интерьеров и витрин, парфюмерия, модели­рование одежды...

Технический дизайн — это тоже его стихия. Ди­зайнер создаст вещи функционально удобные и, как правило, красивые.

Следует учесть, что неумеренная самобытность эс­тетических принципов порой выливается у Дизайне­ра в парадоксальные трансформации эстетизма: нап­ример, приятное отыскивается в грязном, жара ощу­щается в стужу и т.д.

Наблюдательность, цепкая память, аналитические способности приводят Дизайнера на вершины юриспру­денции, сыска (комиссар Мегрэ — Дизайнер, как и Жорж Сименон) или же, например, искусствоведения.

При малоудовлетворительном владении эмоциями истинный эстетизм может превратить Дизайнера в большого артиста (Маргарита Терехова, Андрей Ми­ронов, Фред Меркюри, Мерайя Кейри).

Страсть к риску и острым ощущениям полностью реализована у Дизайнера-гонщика (Найджел Мэнселл, многократный чемпион автогонок Формулы I). Подходят Дизайнеру и другие виды спорта, вплоть до хоккея и регби. Люди этого соционического типа стре­мятся в эпицентр физической опасности и бывают весьма тверды в соответствующих ситуациях.

Иногда, впрочем, находясь во власти лукавого, Ди­зайнер использует свои “подавительские” способнос­ти против хорошего человека.

Дизайнер — лучший спортивный врач или врач скорой помощи, один из самых блестящих хирургов. Терапия ему доступна в меньшей степени,

Дизайнер также неважный психолог и никудыш­ний педагог.

Что касается сферы экономики, коммерции, биз­неса — тут Дизайнер получает высокие рекоменда­ции. Правда, есть более сильные экономисты (Опе­ратор), предприниматели (Предприниматель), финан­систы (Плановик), но и Дизайнер находит себя в любой из этих областей, а в качестве продавца, то­вароведа или ресторатора соперничать с ним может только Оператор.

К этому следует добавить, что Дизайнер — до­вольно жесткий коммерсант и свое, как говорится, всегда возьмет.

Для роли босса этот соционический тип словно создан специально. Дизайнер “прочувствованно” поль­зуется своим руководящим положением и выглядит при этом очень респектабельно: суровый деловой муж­чина, с которым бесполезно вступать в пререкания или пытаться придать делу иное направление, чем того хочет Дизайнер.

В то же время даже самый “крутой” босс-Дизай­нер, в отличие от, скажем, Легионера, быстро отзы­вается на доброту, да и за всей его суровостью, в общем, кроется восприимчивое сердце.

 

ПСИХОЛОГ

 

Превосходно разбирается в людских взаимоотношениях, оценивает их тонко и объективно. Пред­почитает общение на короткой психологической дистанции (“камерный” человек). Неутомимый созида­тель добрых, теплых человеческих отношений, дли­тельных привязанностей. Избегает впрямую прояв­лять неприязнь к кому бы то ни было. Последовате­лен в своих этических принципах, которые близки к христианской морали.

Всех людей принимает такими, как они есть. Ви­дит их индивидуальность, сильные и слабые сторо­ны, задатки на будущее. Практически всегда “раск­рыт” навстречу людям, “впускает” их к себе в душу, оттого очень незащищен. Предоставляет человеку мак­симальное психологическое пространство, что спо­собствует наиболее полному и свободному проявле­нию личности собеседника. Умеет внимательно выс­лушать, в советах проявляет деликатность.

Стремится понимать первопричины, механизм яв­лений: почему все происходит так, а не иначе. Испы­тывает потребность в логическом упорядочении, структурировании окружения. Тяготеет к научному способу мышления.

Не приемлет насилия, остро ощущает чужую боль. В случаях, когда приходится оказывать волевое дав­ление, выдвигать строгие требования, испытывает не­уверенность: необходимо ли это делать, в такой ли форме и т.п. Поэтому почти всегда уступает, но и тогда не может избежать терзаний, ибо оказываются ущемленными он сам, или его близкие, или его дело.

Нуждается в конструктивных советах по вопросам деловой целесообразности. Испытывает благодарность к людям, которые помогают улучшить благосостояние.

В одежде предпочитает классический стиль и пас­тельные тона. Эстетике придает особое значение. Любое явление “поверяет” гармонией. Красота для него — источник вдохновения.

_________________

 

Психолога, до недавнего времени, в соционике принято было считать “слабым” типом. Однако, это неверно.

Если считать “слабостью” обычное для этого соционического типа сдерживание волевой экспансии, то вторая из “силовых” функций — энергетика Пси­холога — превосходит таковую у всех других типов.

Это значит, что при желании Психолог мощным направленным воздействием может энергетически по­давить агрессивные проявления любого человека, В обычных же ситуациях Психолог — само спокойст­вие, лишь его внутренняя энергетическая наполненность ощущается постоянно.

Мы знаем немало Психологов — образцов мужест­венности: это, в частности, супергерой каратэ Чак Норрис, “ковбой всех времен и народов” Клинт Иствуд.

Очень существенно при этом, что Психолог обла­дает обостренным чувством справедливости и силы свои направляет на защиту добра.

Мы должны отметить, что женщины-Психологи часто с большой легкостью и охотой проявляют не­любовь (это Психолог тоже умеет, и его нелюбовь настолько тяжела, что ощущается даже физически). Тем временем мужчины-Психологи, как правило, ис­тинно добры. Они несут в себе образ Иисуса Христа, ибо Иисус Христос (вернее, человеческая ипостась Его) принадлежал к соционическому типу Психолог. Вдумчивый анализ Писания однозначно убеждает в этом. Попытки “искать Христа в женском лике” есть не что иное, как неумные абстрактные реверансы ве­ры по-Мечтательски.

Но, конечно, не каждый мужчина-Психолог — Ии­сус. Среди них есть немало личностей, в которых христианская нравственность только дремлет.

Очевидно, что никто лучше, чем Психолог, не подходит для исследования человеческой души и любви. Это убедительно доказали Достоевский и Александр Грин.

Будучи, к тому же, по призванию ученым, Психо­лог — единственный, кто получает высший балл в профессиональных занятиях психологией.

Наилучшим дополнением в этой сфере Психологу служит Игрок, Артист (Гете, Чехов) и Коммуникатор по-своему неп­лохо разбираются в человеческой природе, но в психо­логии все же должны быть поставлены ступенью ниже.

Занятия другими науками Психологу тоже по силам, но не правы те из представителей этого ти­па, которые видят свое прямое призвание, к приме­ру, в математике.

Психолог прекрасно понимает искусство, музыку, умеет передать тончайшие чувства (Андрей Тарков­ский, Стинг, Нина Матвиенко).

Те из Психологов, которые фиксируются на теме насилия, обычно плохо кончают (Игорь Тальков).

Психолог — замечательный врач-терапевт и не­превзойденный психотерапевт (мужчина, не женщи­на!). Хирургия же, как и вообще работа руками, ему подвластна мало.

Научившись использовать свои энергетические воз­можности (тут уж явное преимущество имеют жен­щины), Психолог, при его доброте и понимании дет­ской психологии, а также настоящем дидактическом таланте, оказывается лучшим из педагогов. К сожа­лению, он остается уязвимым для самодурства школь­ного начальства. Завучу-Сибариту, например, ничего не стоит “сожрать” учителя-Психолога.

В производство и бизнес Психологу лучше не со­ваться. То тут, то там возникают директора-Психологи, но, честно говоря, автору долго пришлось бы объ­яснять, как они держатся при коммерческой наивности и неумении торговаться, столь органичных для Психолога.

В то же время Психолог — наилучший кадровик. Даже недипломированный Психолог, специализиру­ющийся на проблемах, связанных с персоналом, име­ет огромное преимущество перед докторами психо­логических наук — не Психологами.

Хорош Психолог и на других должностях, непос­редственно связанных с людьми (public relations, ра­бота с клиентами).

Босс-Психолог — это, в общем, добрый босс. Но тут есть и обратная сторона медали; если уж он ре­шил “власть употребить”, то выглядит это как нера­зумный и неуместный нажим.

Таким образом, можно еще поспорить по поводу мудрости изречения, что-де “властью нужно наделять тех, кто ею тяготится”...

 

ОПЕРАТОР

 

Превосходно разбирается в деловых вопросах. Уве­рен в своем понимании дела. Творчески интер­претирует любую информацию. Любит и умеет “спрямлять пути”, выбирая наиболее экономный и эффективный способ действий.

Дело, которое считает важным, доводит “до блес­ка”. Скорее переделает работу наново, чем оставит в виде, который его не удовлетворяет. Любит поря­док и чистоту, в то же время великолепно ориенти­руется в хаосе вещей.

Во всем проявляется как эстет: не только его ра­бота, но и любое движение, взгляд, внешность от прически до обуви — всегда красивы. При этом не увлекается излишествами.

Бесстрашен, уверен в своих физических данных, но силу использует не для агрессии, а чтобы защи­тить себя и тех, кто рядом.

К людям относится уважительно. Со всеми кор­ректен и вежлив, с друзьями — приветлив и весел. Однако, может быть и строгим. Особенно требовате­лен к себе и к своим близким.

Старается соблюдать выдержку и спокойствие, и все же наружу частенько прорываются эмоции.

Будучи полностью “погруженным” в настоящее, плохо чувствует течение времени. Стремится к пун­ктуальности, но выполнение планов дается с трудом. Не переносит, когда его “подхлестывают” или, нао­борот, задерживают.

Не может влиять на отношения людей. Принима­ет практически любое к себе отношение, когда речь идет о деловых контактах. От близкого человека же­лает постоянного подтверждения настоящего, чисто­го, глубокого чувства,

Людей оценивает в целом правильно, но неуме­ние различать тонкости часто приводит к драмати­ческим ошибкам.

Идеальным считает мир, где царят любовь, доб­рота, разумное и красивое созидание.

_________________

 

Оператор среди соционических типов наиболее по­липрофессионален. Правда, он плохой психолог (рабо­тает закон вычитания дуала). Соответственно, ему не стоит заниматься психотерапией, педагогикой и т.п.

В то же время, Оператор — хороший врач-тера­певт и просто-таки наилучший хирург. Вершин в этой профессии может достичь и женщина-Оператор.

Оператору по плечу вся и всяческая технология (на память сразу приходят “супертехнологические” романы Артура Хейли из самых различных областей человеческой деятельности) — будь то производст­венный процесс, экономика и финансы, возделыва­ние земли, хирургическая операция, художественное рукоделие, изобразительное искусство, “от кутюр” или кулинария (если правда, что лучшие кулинары — мужчины, то мы уточним: это — Операторы).

 

Недоверчивость удивительным образом сочета­ется в Операторе с бережным отношением к лю­дям, практичность и деловитость — с наивностью в понятиях о любви.

Оператор — лучший из начальников. Если бы его сплошь и рядом не вытесняли более властные типы, экономика наша выглядела бы гораздо прив­лекательнее.

Миролюбивость диады Психолог—Оператор не означает, тем не менее, ее внутренней податливости. Предоставляя любые возможности свободного разви­тия всем типам социона, эта ласковая диада несет в себе несгибаемое начало.

История Украины, земли талантливой и бесталан­ной, служит яркой исторической иллюстрацией

Культурно-ментальная матрица украинского (рус­ского) этноса описывается именно диадой Психо­лог—Оператор.

Это утверждение настолько очевидно, что мы не станем посвящать ему многостраничную аргумента­цию. Скажем лишь кратко: от Оператора в украин­ском национальном характере — неистощимое тру­долюбие, умение создавать достаток, содержать хо­зяйство в порядке, а дом — в красоте (“Садок вишневий коло хати”, “Ой зацвіла ружа край вікна...”), уважительность к людям, но и твердость, порой уп­рямство; от Психолога — деликатность, любовь к Богу и к ближнему, этическая принципиальность, точность в оценке людей, тонкий лиризм.

Может, кому-то и кажется, что голосом Украины поет София Ротару (Блюститель), мы же считаем — Нина Матвиенко.

Как случилось, что процветающая русская (т.е. украинская) цивилизация в пору киевских князей на долгие века сменилась настойчивым выхолащиванием духа первичной диады украинской земли?

Нашествие жестоких и воинственных азиатов (куль­тура Легионер) подавило Русь. На северо-востоке, где, по-видимому, образовалось Мечтатсльское тер­риториальное пятно расселения славян, татаро-монгольское Легионерство нашло благодатную дуальную почву, и появилась Московия (Легионер—Мечтатель) — устойчивый славяно-тюркский конгломерат, в даль­нейшем “позаимствовавший” и самое название Русь, или Россия.

Коммунистическая идея (даже если се изобрел Вундеркинд) есть воплощение духа диады Мечта­тель—Легионер. Подобно стоглавой гидре, снова и снова будет она возрождаться в головах россиян, вы­зывая (в который раз!) к жизни миф о “роковой судь­бе шестой части суши”. Победа на выборах в России наци Жириновского отнюдь не представляется нам случайностью. Нескончаемая цепь “случайностей” — это не что иное, как закономерность[6].

За века соседства и “воссоединения” такой “стар­ший брат” погубил украинский народ и сам украинс­кий дух, ибо на уровне отношений народов неустанная агрессивность (Легионер—Мечтатель) всегда берет верх над миролюбием (Психолог—Оператор); в истории это правило подтверждалось неоднократно.

Выжил в Украине Блюститель — тип, совпадаю­щий с представлением россиян о “хохле”, но росси­янам же оказавшийся не по зубам (Блюститель — ревизор Легионера и заказчик Мечтателя).

Однако, “хохлацкое” население, эта нация-выро­док, не имеет ничего общего с украинским этносом. Нация украинцев уже почти умерла. Жива же она постольку, поскольку жив в ней дух диады Опера­тор—Психолог.